Мысли крутились в голове: как я могла допустить всё это? Что теперь будет дальше? Мне казалось, что я совершила непоправимую ошибку, нарушив все нормы и правила, которые внушали мне с детства.

Я тихо и осторожно встала, и быстро прошмыгнула в ванную, надеясь, что Таймур не вернётся слишком скоро. Стоя под струями горячей воды, я почувствовала, как немного успокаиваюсь, хотя мысли по-прежнему путались, не давая покоя. Закончив, я с ужасом поняла, что совсем забыла взять с собой чистую одежду. Мои чемоданы всё ещё стояли нераспакованными в комнате.

Вздохнув, я завернулась в большое мягкое полотенце, другое обмотала вокруг мокрых волос и осторожно выглянула из ванной. Комната была пуста, и я, быстро перебирая ногами по холодному полу, подошла к чемодану. Замок оказался закрыт, и я стала нервно возиться с ним, стараясь открыть, но пальцы дрожали, не слушаясь меня.

Вдруг дверь снова открылась, и в комнату вошёл Таймур. Я замерла, почувствовав, как моё лицо мгновенно покрывается горячим румянцем. Он остановился у порога, взгляд его скользнул по мне с равнодушным спокойствием, словно мы были обычными знакомыми, и он лишь на секунду застал меня врасплох.

– Проблемы? – спокойно спросил он, чуть приподняв бровь.

– Я… не могу открыть чемодан, – прошептала я, чувствуя, как щеки начинают гореть ещё сильнее.

Он спокойно подошёл ко мне, сел на корточки рядом, аккуратно забрал из моих рук чемодан. Его руки были уверенными и сильными, и через несколько секунд замок щёлкнул, открываясь под его пальцами.

– Вот, – сказал он просто, отодвигая чемодан в мою сторону.

Я почувствовала себя невероятно неловко от того, что оказалась перед ним практически голой, обмотанной только полотенцем, но Таймур вёл себя так, словно между нами ничего не случилось. Он встал и отошёл к окну, отвернувшись от меня, давая возможность быстро переодеться.

Руки дрожали, когда я доставала одежду из чемодана, стараясь одеться как можно быстрее. Всё происходило в полной тишине, что лишь усиливало моё смущение и внутреннее напряжение. Я ощущала на себе его присутствие, такое близкое и одновременно бесконечно далёкое.

Когда я закончила одеваться, Таймур повернулся и посмотрел на меня так, будто изучал, пытаясь понять что-то очень важное. В его взгляде не было ни упрёка, ни гнева, лишь спокойствие, от которого мне стало ещё тяжелее.

– Я… мне очень жаль, – тихо сказала я, опуская глаза. Я не знала, зачем это сказала, но чувство вины и неловкости переполняло меня.

– Не нужно извиняться, Малия, – ответил он ровным, спокойным голосом. – То, что произошло, уже не изменить. Теперь нам нужно научиться жить с этим.

Он отвернулся и снова вышел из комнаты, оставив меня наедине с моими мыслями и чувствами.