Убиваться по нему и блюсти траур у меня просто не было возможности. Когда его не стало, долги обрушились на меня каскадом, пока я беспомощно барахталась без спасательного круга в океане проблем. Тут же пираньями накинулись и банки, и ещё более опасные люди, требуя от меня денег. Я знала лишь о трети долгов, основная их часть вскрылась после смерти Дмитрия. Мы пытались решить проблемы вместе, но у нас ничего не выходило, и Дима всё больше тянул нас на дно с каждым новым днём.

Однажды я приехала домой в обед, забыв нужные документы для работы, и нашла его на полу кухни, с пулей во лбу… Даже не буду говорить, что я тогда пережила. Мне стабильно снятся кошмары, я до сих пор хожу к психологу. Бесплатному, потому что на платного психотерапевта денег у меня теперь нет, и не будет ещё долго.

Сыну сказала, что папа нас бросил. Не смогла рассказать правды. Он плачет и ждёт его, и это рвёт мне сердце в куски ещё больше, но сказать, как есть, я не могу. Надеюсь, Дёма вырастет и поймёт свою мать.

Оперативная группа открыла уголовное дело и тут же закрыла его, посчитав смерть Димы банальным бытовым самоубийством на почве большого количества задолженностей. Это еще не доказано, но муж был в доме один, а на пистолете нет ничьих следов, кроме него самого. Откуда у супруга взялся пистолет, я не знаю. Ни разу не видела его. Но, может, он оружие просто не показывал мне.

Это могло быть самоубийство. И мне больно это принять. Тогда Дима просто бросил меня и сына, избавившись от проблем, и спихнув их на меня. А мне-то теперь что делать? Осталось вслед за ним сигануть с окна, оставив Дёму на произвол судьбы. Только я никогда не поступлю так со своим ребёнком, не предам его, как меня предал муж.

Я скучала по супругу, с которым мы вместе со школьной скамьи, и одновременно была жутко обижена и возмущена его поступком, предательством семьи. Сердце колола до крови жгучая досада, что я-то поддерживала его, пыталась помочь, сняла все свои накопления и отдала ему, а он… просто оставил меня, малодушно бросил под поезд обстоятельств. Ведь Дима знал, что все накинутся на меня как дикие звери, и долги никуда не денутся, а упадут на мои плечи. Ко всему прочему, сын на нервной почве стал болеть, а бесплатные врачи оставляли желать лучшего. Иммунитет мальчика заметно снизился.

Возможно, я не права, как и следователи. Это могло быть и убийство, инсценированное под суицид. И я знаю человека, которому это было бы выгоднее всех. Хотя после известий о долгах мужа, желающих довольно немало и без этого мужчины.

Слёзы порой душили так, что вдохнуть воздуха не получалось, но сдаваться я не имею права. Вставала и шла, ради Демида, ради того, чтобы у него было будущее. Но каждого нового дня я боялась. Боялась открывать двери, брать телефонную трубку или выходить из дома.