Я боюсь прерывать…

— Вчера ты знала о беременности? — глядя в её глаза, касаюсь пальцами заостренной скулы. — Когда выпрашивала у меня ребенка? Ты знала?

— Нет, — мотает головой. — Я принимала противозачаточные. И подумать не могла, что уже…

— Как так вышло? Ты должна была следить за приёмом таблеток. Я не пользовался резинками, потому что ты взяла эту ответственность на себя.

— Я не знала, что антибиотики ослабляют действие противозачаточных. Мы сделали ребенка в отпуске. На Сейшелах. Когда я переболела ангиной. Ты тогда ещё сказал, что секс — лучшее лекарство для укрепления иммунитета… — всхлипывает, готовая вот-вот разреветься.

— Инструкция для чего нужна, Кристин? — Беру паузу, шумно выдыхая. Голова кругом идет. Терпеть не могу, когда женщины манипулируют с помощью слез. Мне необходимо выспаться и хорошо всё обдумать на свежую голову, пока сгоряча не наломал дров.

— Макс, у тебя никогда не было форс-мажоров? — ворчит Кристина, обвивая руками меня за талию. — Поехали домой? Я тебе скрининг покажу, — судорожно вздохнув, она прячет лицо у меня на груди и притихает.

— Ладно, — отзываюсь я скептически. Не уверен, что скрининг разбудит во мне отцовские чувства. Но взять тайм-аут, похоже, придется. — Давай возьмем паузу на пару дней. Только решать будем без родителей.

— Мама с отцом уже в курсе, — поднимает виноватый взгляд.

— Отлично… — сдерживаю в себе очередную вспышку злости.

— Прости, Макс, — Кристина, как ребёнок, оттопыривает нижнюю губу, — мне пришлось им сказать. Ты не отвечал на звонки, а я растерялась…

Глава 44

Макс

После короткого стука в дверь в палату входит Варшавина с какими-то распечатками в руках.

— Доброе утро, Максим Андреевич, — улыбается наша общая знакомая. Взгляд заинтересованный, восхищенный, впрочем, как и всегда, но Кристина в упор этого не замечает или не хочет замечать. Она считает Катю профессионалом и своей новой подругой. — Отдохнул немного? Совсем работа тебя заездила, — в последнее слово Варшавина вкладывает двусмысленный подтекст, словно у меня на лбу написано, что я трахался всю ночь напролет.

Быть может и написано. Хрен его знает. Иванна до сих пор не выходит из моей головы.

«Я внесу ваш номер в черный список…» — пульсом колотятся в висках её слова.

Наивная.

Захочу пообщаться — вытащу из-под земли. Как бы ты этому не противилась.

— Ближе к делу, Катерина, — хмуро поторапливаю докторшу, не позволяя заострять на мне внимание. Знал бы, что она похотливая сука, послал бы дружка Давида к черту с его рекомендациями.

Пару лет назад Екатерина работала в частном перинатальном центре его отца. Но что-то там не срослось. Не поделили с любовницей Руднева приз зрительских симпатий, и Кате пришлось уволиться по собственному желанию.