Там еще хостес стоит. Вам помогут, если сами не справитесь.

— Это смешно по-вашему? — щеки запекло так, словно я под палящим солнцем уснула. Отвернулась, нервными движениями продолжила поправлять платье. Ощутила, что мужчина продолжает беззастенчиво пялиться на меня. И в раздражении бросила через плечо. — Может, вы выйдете все таки?

— Может, — согласился он неожиданно. И низко, хрипловато, задал вопрос. — Вас не выпускают из ресторана, я прав?

Промолчала.

Тут не надо быть гением, это ясно и так — никто в трезвом уме не полезет в окно, когда есть дверь.

Но этот человек не из любопытства спрашивает, слышу по вкрадчивому тону и чувствую его взгляд — тяжелый, мрачный — так он в зале на Макара смотрел.

На руках от тревожного предчувствия выступили мурашки.

— Выйдите отсюда, — попросила севшим голосом, не поворачиваясь, мне вдруг очень тесно стало здесь, с ним наедине.

— Красивая фигура, — отозвался Артур. И добавил, таким хищным голосом, что мурашки по коже пустились вскачь. — А вы ведь без белья, Эмма?

Не успела запаниковать — к моему облегчению послышались его мерные, неспешные шаги. Открылась дверь — повеяло сквозняком из коридора.

И щелкнул замок.

Оглянулась — ушел. Слава Богу. Как можно быть таким пугающим?

Сразу стало легче дышать, снова плеснула воды в лицо. Успокоившись, опять забралась на ведро.

Второй раз все проделала проворнее, не мешкая. Подтянулась на руках, оттолкнулась от раковины и перебросила ногу на улицу. За ней вторую.

Уселась и глянула вниз.

Мелкие камешки вперемешку с зеленой травкой, но прыгать — отобью себе пятки. Или ногу подверну.

Черт бы побрал этого мудака Шварца.

Огляделась — кажется, никого. Вздохнув, перевернулась на живот.

И на этот раз завизжала, когда снизу меня сцапали за бедра сильные мужские руки. И дернули к себе.

Глава 20

Босыми ногами коснулась прохладной травки. Платье снова задралось, и я ощутила голыми ягодицами. Что в меня упирается твердый бугор ширинки.

Этот человек позади меня возбудился. Видел, как я ползу из окна, и все, что у меня под платьем находится.

Слышу его тяжелое дыхание.

Стало жарко.

Дернулась, и мужские руки разжались, выпустили меня из кольца.

— Что такого должно было случиться между вами с Макаром, — этот голос, глуховатый и насмешливый преследовать теперь будет меня во сне, — что ты полуголая сигаешь из окна.

Он опять отбросил вежливость и сам, не давая опомниться, рывком развернул к себе.

Здесь, у стены — полумрак, полоса света от фонарей доходит до свежевыкрашенного белого бордюра, и резко обрывается, словно срезанная ножом.

Дальше темень, в этой темени я стою и дрожу, а рядом высокий мужчина с суровым лицом.

Артур — ему подходит такое королевское имя.