- Мы же не деревенские, в доме мага всегда магические плиты.

- Просто пошутить хотела, - вывернулась я. – Оставь только духовой шкаф греться, нам верх тоже нужен. Поставила сковороду греться, чтобы обжарить телятину. Когда масло зашкварчало, выложила его и обжарила со всех сторон, затем переложила в противень обратно.

Девочка провела пальцем вдоль черной полоски влево на боковине до самого упора.

Ага, вот как оно работает!

Вернулся дворецкий с бутылкой вина.

Я быстро её откупорила и добавила в остатки мясного сока и масла, примерно стакан. Ягодный вкус разлился по кухне.

Я интенсивно мешала ложкой, и когда всё раскипелось, добавила к мясу.

- Открывай дверку, - велела я Фани.

Она проворно всё исполнила.

Поставила два блюда томиться, а сама занялась кашей и салатом.

Кастрюлю с водой Фани поставила сама, а я мыла овощи и шинковала их в красивую салатницу.

Зря я, что ли, каждое утро начинала с кулинарных каналов. Если бы ещё и продукты соответствовали домашним, было бы просто здорово, но нет.

Когда я все сделала, то поняла, что не дотерплю до ужина.

Разбирая покупки, я оставила на столе сало, копчености и хлеб.

Аккуратно нарезала всё кусочками и приступила к дегустации.

Дворецкий и помощница за мной пристально следили, и когда я откусила первый кусок, дружно сглотнули.

- Присоединяйтесь, чего смотрите? – удивилась я.

Дважды просить не пришлось. Они тут же подсели к столу и принялись пробовать мои покупки.

Глава.18

Кира

Дружное поедание вкусностей сближает – это известный факт, поэтому, когда первый голод был удалён, я решилась завести интересующий меня разговор."

"Я посмотрела, как голодный ребенок пытается не торопиться жевать, но ей плохо удавалось.

Худенькая, даже не побоюсь этого слова – тощая. Она и на свой возраст не выглядит. Откуда возьмется здоровье, если кушать так мало и редко, а если ещё и матери она носит, значит сама не ест.

- Скажи, Фани, а ты давно тут работаешь?

- Пару лет, рира, - робко ответила она.

- А твои родители не против, что ты целый день в чужом доме?

- Нет, рира. Я единственная добытчица в семье.

- Как это? А отец? – удивилась я.

- Странная вы рира, нет отца, умер.

- А мать? – допытывалась я.

- Болеет.

- Чем? Лекари почти всё умеют лечить же.

- Они за деньги лечат, а у нас их нет, - вздохнула она. – Мама раньше работала у какого-то графа, на нее упали тяжелые полки, теперь она почти не ходит, болят ноги, внутри что-то.

У девочки на глаза навернулись слёзы.

- Я даже не каждый день ей еды могу принести, что уж говорить о деньгах.

- А сколько тебе платят? – спросила я, стараясь не показать свои глаза «на мокром месте».

– Сначала, давали серебряный в месяц, а теперь медяшек сорок. Я ж ничего не умею.

Всё интереснее и интереснее.