Так что не было ничего удивительного в том, что ее обман до сих пор ужасно его огорчал.

Пытаясь разобраться в своих путаных мыслях и чувствах, Нейтан все шел и шел и вдруг обнаружил, что оказался перед дверью в ее комнату. И услышал доносившиеся из-за двери приглушенные голоса. Вероятно, он пришел сюда, повинуясь инстинкту. Наверное, ему было необходимо рассказать жене о беседе с отцом, спросить ее мнение об этих потрясающих открытиях.

Но в то же время… следовало держаться от нее подальше. И вообще, их брак, похоже, подошел к концу, и скоро каждый из них отправится своим путем.

Так лучше уж сразу расстаться, чтобы больше не подвергать себя муке…

Он уже собрался уйти, но тут дверь открылась, и перед ним возникла его сестра. Она была в зеленом платье и в такой же шляпке, а на шее – нефритовый кулон в виде дракона, который он ей подарил.

Увидев брата, она просияла. Ее искусно загримированное личико дышало свежестью, а оспинки были практически незаметны.

– Нейтан, я так рада тебя видеть! Как папа?

– Сегодня гораздо лучше. – За спиной сестры стояла Мадлен. В соломенной шляпке, с пронзительно голубыми глазами.

При виде ее у него защемило сердце. – Хотя… Как я понял, он собирался вздремнуть. А вы решили погулять?

– Лорд Тео пригласил меня прогуляться по площади. А Мадлен идет с нами в качестве моей компаньонки. – Эмили умолкла и, погрустнев, спросила: – А может, ты хотел поговорить с ней?

Нейт покачал головой.

– Нет, все в порядке. Это может подождать до следующего раза.

– На самом деле, – сказала Мадлен, выходя вперед, – мне надо кое-что обсудить с тобой, Нейтан. Это важно. Эмили, я уверена, что вы с Тео можете погулять и без меня.

Только оставайтесь на площади и никуда не уходите. Я вскоре присоединюсь к вам.

– Спасибо! – обрадовалась девушка.

Она быстро зашагала по коридору. Нейт перевел взгляд на жену – и все мысли тут же вылетели у него из головы. Она была неотразима в небесно-голубом платье с облегающим лифом, подчеркивавшим ее талию и грудь. Ему безумно хотелось заключить ее в объятия и вкусить мед ее губ. Он испытал боль желания, охватившего все его существо. Но ее холодная отстраненность удерживала его на расстоянии.

Мадлен отступила в сторону, пропуская мужа в комнату.

Затем развязала ленты шляпки и, сняв ее, положила на стул. Нейт напряженно следил за каждым ее движением. А она, поправив прическу, повернулась к нему и с невозмутимым видом спросила:

– Граф с тобой уже говорил?

– Только что. Поэтому я здесь. И я… Ох, даже не знаю, что и думать обо всем этом… Знаешь, граф признал, что у него нет точных доказательств того, что он не мой отец. Ты понимаешь, что это значит, Мадлен? Я все же могу оказаться его родным сыном.

Это открытие ошеломило Нейтана.