Джахути не стал дожидаться пока они наговорятся и продолжил:

— Ты поставила свое Ба на суд Маат, в надежде на оправдание и возможность спасения Ка Александра, сына, хм… писца и строителя Бориса из северного города Москва?

— Даша, пожалуйста, скажи нет! — в отчаянии заорал Романов.

— Все так, — ответила она Джахути.

— Хорошо, — в его руках опять возник свиток, и он уткнулся в него, жадно читая, а когда поднял взгляд, проговорил, — Пройдемся по главному списку клятв.

— Ты грешна?

Удивительно, но эта дуреха вместо напрашивающегося отрицательного ответа замерла, вдумчиво посмотрела на бога.

У меня сердце сжалось от предчувствия беды.

— Что вы имеете в виду? — поинтересовалась с невинным личиком."

"И бог мудрости впервые за много тысяч лет растерялся. Он хлопнул глазами, сверился со свитком и снова недоуменно воззрился на юную девицу. Как бы спрашивая, не свихнулась ли та вступать в полемику с богом.

— Видите ли… В моем мире мне с детства рассказывали о первородном грехе. Не углубляясь в религию, лишь скажу, что у нас считается, что все люди от рождения грешны. И я не могу дать точный ответ на ваш вопрос.

Формально да, я грешна, как и все. Но по факту… кто это может определить? Точно ведь не я.

Джахути кивнул, но с таким озадаченным видом, что скорее выразил непонимание, чем согласие.

— Ну хорошо, давай пойдем дальше, ты крала зерно?

— В моем мире горсть зерна не является большим богатством. Однажды папа привез меня на экоферму. Мне было лет одиннадцать. Там повсюду ходили утки, и мне очень хотелось их покормить. Так что я взяла горсть зерна из кормушки ослика и подарила одной рыжей уточке несколько незабываемых мгновений.

Надо сказать я не горжусь этим поступком. Потому что я обделила осла на целую горсть зерна. И, по сути, это ведь было кражей.

— Не то, чтобы этот поступок заслуживал нашего внимания, — несколько раздраженно заметил Джахути, — Ты произносила проклятия?

Даша вздохнула и, покосившись на Романова, призналась:

— Видите того парня? Вам бы не хотелось произнести парочку проклятий в его честь? Я знаю его два года. И он делал мне всякие пакости. Вот если бы вам на голову надели ведро со снегом, разве вы не произнесли бы что-то типа «гори в аду»?

Джахути раздул ноздри, но вынужден был с ней согласиться.

Черкнул что-то в своем свитке и снова спросил:

— Ты сердилась без причин?

— Слушайте, — он поглядела на него снисходительно. Снисходительно на бога! — Вы хоть знаете, что такое ПМС? Не мы это придумали, между прочим. Женщинам эту радость организовал как раз бог. Так что с него и спрашивайте. Тут даже мужчины признали, что мы имеем полное право сердиться и даже истерить без всякой причины в эти дни.