Тетушку было жаль. Немного. Чуть позже, когда подостыну, попрошу за нее. Пока же повернулась к Лине.

– Если все благополучно завершилось, злодеи пойманы и портал вот-вот закроется, может быть, вы меня проводите до комнаты? Мне тут спальню выделяли. Правда, не уверена, что она по-прежнему закреплена за мной.

– Лина, будь любезна, проводи миссис Владлену в сиреневую комнату.

– Крестный…

– Лина, прошу, без разговоров. Поговорим чуть позже. Когда закроем портал. А сейчас – марш в дом!

О как! Опять командует. И комнату сменили. М-да уж.

Но спорить я не стала. Позже. А сейчас на меня накатила усталость, и захотелось хотя бы присесть.

Я посмотрела на загон. Где там моя золотая девочка? Ящерка, словно поняв, что я мысленно обращаюсь к ней, подняла морду, высунувшись из травы. Вот мы и встретились! Хоть один приятный момент по возвращении… домой?

* * *– Миссис Владлена, у меня к вам просьба.

Императорским дочкам не отказывают.

– Конечно, – с наигранным энтузиазмом отозвалась я, чувствуя, как подкашиваются ноги. Мне бы прилечь, отдохнуть, с мыслями собраться. План мести продумать. Дел – море.

– Вы можете обращаться ко мне без всяких титулов? Просто Лина?

Я удивилась, но виду не подала.

– Если вам так будет угодно, Лина."

"– Мы ровесницы, и мне бы не хотелось, чтобы между нами стояло мое родство с Императором. Когда я узнала, что крестный женился, то почему-то сразу подумала, что на молодой девушке, моей ровеснице, и поспешила сюда. Мне очень хотелось бы с вами подружиться.

Итак, что мы имеем?

Родственников, которые от меня отказались. Ясное дело, матушка знала о плане Императора. Скорее всего, они его обговорили еще до моего замужества с мсье Зраком. Поэтому о семейном родстве на время забываем.

Мужа, которому меня навязали и который не особо рад моему возвращению. Он не ухаживал за мной, не влюблялся, и нужна я ему, как ящеру второй хвост.

И неизвестно откуда появившуюся дочку самого Темнейшего, которая в данный момент с надеждой взирает на меня, вызывая смущение. Что-то в ее взгляде не так. Наивность и доброта, несвойственная императорским особам. Блондиночка (блонди ее называть язык не поворачивался) хотела со мной подружиться. Но для чего? Неужели в ее окружении нет других подходящих девушек, с которыми можно общаться?

Видимо, я долго медлила с ответом, потому что она продолжила:

– Вы не думайте… Я не хочу навязываться, просто папенька скрывает меня от всех.

Знакомая история. У меня тоже никогда не было подруги. Те приятельницы, которые приходили повертеть попами перед моими предателями, не в счет. Я одинока, она одинока – почему бы и нет?

– Лина, давайте тогда вы тоже будете ко мне обращаться по имени.

– Как замечательно! – глаза девушки засияли.