А как только маркиз скрылся за дверью своего кабинета, мы с парнем уставились друг на друга.

— Кхм... Леди ди Элдре, мы...

— Давайте по-простому, господин Загро? Пока мы на работе — просто Эрика. Ну или леди, — увидела я поджавшиеся губы.

— Анри. Прошу вас, нам нужно поторопиться с клятвой, пока вы ее не принесете, вам даже находиться здесь нельзя. А то вдруг что-то лишнее увидите.

— Ведите! А это больно? Я не то чтобы трусишка, но не очень люблю, когда всякие ужасы. Анри, если вдруг начну плакать, не пугайтесь, но носовой платок на всякий случай прихватите. Я, кажется, забыла свой дома. И где можно оставить пока мои вещи?

— Нет, это не больно, — оттаял секретарь маркиза. — Пойдемте, леди... Эрика. А вашу сумку можем пока убрать сюда, в шкаф. Вы позволите помочь?

Клятву я приносила в подвале. Вот как чувствовала, что это не просто клятва. В магически защищенной комнате, куда можно было войти мне одной, за толстой металлической дверью хранился под охраной дежурного мага артефакт: пирамидка из отшлифованного кристалла горного хрусталя, вплавленного в черный металл. Требовалось сесть за стол, на котором он покоился, положить на кристалл обе руки и прочитать с бумажки текст клятвы о неразглашении.

Когда я дочитала, мои ладони кольнуло, будто иголочками. Но когда я вздрогнула и рефлекторно отдернула руки, то не обнаружила на них ранок или порезов. Хотя ощущение, что немного крови всё же было изъято, меня не покидало.

Артефакт вдруг мягко засветился, но сразу же погас, а дверь открылась, и меня позвал охранник:

— Попрошу на выход, дамочка. Ваша клятва принята. Записи собраны, я также внес вас в реестр.

— Записи собраны? — не поняла я, но к выходу поспешила. Низкий потолок в комнате давил на нервы.

— Слепки ауры и крови.

— Понятно. Анри, я всё, — кивнула я ожидающему в стороне секретарю.

Приняв руку охранника, чтобы переступить через высокий порожек, я сделала шаг, споткнулась и застыла.

Опять!

Сказать или нет?

Отпустив руку охранника, я медленно повернулась к нему и вгляделась в его лицо. Сероватая кожа, тени под глазами, сеточка сосудов на щеках и носу, одышка, хотя лишним весом он не обременен.

— Что? — глянул он на меня, ожидая, пока я выйду.

— Вы больны? Что лекари говорят? — тихо спросила я.

— Откуда?.. Вы целительница? — подался он ко мне. — Что-то почувствовали?"

"— Почувствовала... — тихо протянула я, поправила прическу, привлекая внимание к своим седым локонам, в надежде, что работающие здесь люди всё же больше понимают, чем курицы-невесты. И, кашлянув, добавила. — Нет, я не целительница.

— О... — спал с лица мужчина и потер грудь слева. Понял, о чем я. — Скажете?

Я помялась. Настроение испортилось, в горле встал ком, а к глазам подкатили слезы. Ненавижу это!

— Говорите, леди.