И к разрушенному замку съездили. Не вдвоем с лордом Риккардо, а всем отрядом. Ди Шуг в компании Даффа и Маркаса там долго бродили с некими артефактами в руках. Измеряли фон, записывали что-то в блокноты, что-то на кристаллы.

Я к ним не лезла. Сначала долго стояла в стороне и просто смотрела на обвалившиеся стены родового гнезда. Мысленно помянула всех, кого помнила. И побрела к маркизу, который замер на горе камней, сложив руки за спиной и устремив взор вдаль.

— Совладали с собой? — не поворачивая головы, спросил он, когда я приблизилась.

— Да. Я умерла вон там, — показала рукой место. — Дедушка некромант позднее показывал. Мы ходили, надеялись найти что-нибудь из памятных или необходимых вещей.

— Хотите подойти?

— Нет, — подумав, ответила я.

— И правильно. Вы живы, здоровы, молоды и прекрасны, у вас впереди всё, что пожелаете.

Мой визит в приют прошел на удивление приятно. Мне были рады как те, кого я знала из детей, так и воспитатели и наставницы. А уж подарочки, которые я привезла, вызвали слезы умиления. Ничего тяжелого я не смогла бы взять в дорогу, поэтому купила легкие, но милые вещицы. Шелковые платки и шарфики, к ним изящные, но недорогие серебряные булавки.

Здесь таких вещей нет, в суровом краю они не пользуются спросом, и купцы их просто не довозят.

Сестра Антуана слушала о том, как я танцевала на балу с королем и кронпринцем, и рыдала. На мой вопрос, отчего такая бурная реакция, она ответила:

— Ах, Рика, ты всегда была излишне практичной и прагматичной[2]. Сколько тебя знаю, с самого раннего детства, ты никогда не была романтичной и легкомысленной.

— За нас двоих этим отличалась Ри, — фыркнула я. — Кстати, она вышла замуж. Вы знали?

— Да, к нам дошли сведения, что красотка Марика устроила свою жизнь. Но, Рика, не отвлекайся. Расскажи еще! А что королева? Она так хороша, как про нее говорят? А наследник? Боги, поверить не могу! Девочка, которую я обучала бальным танцам, была ангажирована самим королем Эдвардом! Надеюсь, ты не опозорила меня!

Я не стала расстраивать женщину и говорить, что мне пришлось брать дополнительные уроки этикета и танцев у столичных учителей. У всех должна быть в жизни светлая сказка. Сказка сестры Антуаны сбылась. Одна из ее учениц воплотила результаты уроков не в коровнике, а на балу в королевском дворце среди придворных.

Наставница слушала, утирая слезы умиления, тяжко вздыхала и периодически прикладывала к лицу вышитый носовой платочек. Мой подарок — шелковый шарф и серебряную булавку в виде розы — она изредка бережно поглаживала пальцами и продолжала внимать мне.

Как мало порой нужно людям для счастья... Я и забыла уже.

Остальные наставницы оказались не столь чувствительны, но тоже были рады и моему визиту, и тому, что я смогла устроить свою жизнь в столице.