— Не наговаривайте на леди, — вздернула я подбородок. Подумала и откусила кусок сыра.

Мужчины разных возрастов и степени реальности рассмеялись.

— Эрика, если вы окончили поздний ужин, идите сюда. Я с вами позанимаюсь немного перед сном, — позвал меня лорд Риккардо.

«Немного» — оказалось три часа. Можете себе представить три часа занятий магией после такого длинного дня и многочасового контроля за невестами?

На диванчике у камина сладко спал Лексинталь, который так и не ушел к себе, заявив, что иначе всё пропустит. Кассель давно куда-то уплыл по своим призрачным делам.

А его сиятельство меня мучил, заставляя отрабатывать пассы. Заклинания-то я запомнила мгновенно, с первого прочтения. Вот с активацией и точностью жестов и пассов — проблемы.

— Вам нужно разрабатывать пыльцы, Эрика, — посетовал и одновременно посоветовал лорд. — Сейчас я вам сделаю массаж, смотрите и запоминайте. Будете себе сами так делать каждую руку поочередно. И после покажу гимнастику для кистей рук. Для мага они — рабочий инструмент, ничуть не менее важный, чем голова и дар.

Руки у него оказались сильные, горячие, шершавые и с мозолями от оружия.

— Вот эти точки нужно прорабатывать особенно тщательно. Чувствуете? Должно быть немного больно.

— Чувствую, — скривилась я.

— Это нормально, так и нужно. Теперь запоминайте упражнения, — отпустив мои ладони, он принялся крутить кисти рук.

С утра я была крайне злая и ужасно невыспавшаяся. А еще у меня болели пальцы. И ладошки. И запястья. И голова. Поэтому на первый этаж своей личной башни я спускалась ну в очень раздраженном состоянии.

И первое, что увидела, — довольная рожица Лекса, который уже не спал, но всё еще валялся на моем личном диванчике на первом этаже моей как бы личной гостиной.

Именно об этом я и сообщила пацану.

— Ой, Эрика, ну не будь злючкой! Тебе что, жалко?

Я мрачно посмотрела на него и покрутилась, отыскивая своего начальника, но робко надеясь, что его тут нет. Ну да, как же. Нашла. У окошка в эркере. Присмотрелась и обомлела...

Понятия не имею, где маркиз ночевал, но сейчас он стоял с обнаженным торсом, лишь в брюках. И... вот ведь стыдоба! Его организм демонстрировал, что уже утро и ему нужна любовь.

Посмотрела я на это безобразие, развернулась и пошла обратно наверх.

— Эрика, вы куда? — заметив мое отступление, окликнул бесстыжий лорд.

— В монастырь!

Лексинталь прыснул от смеха, его отец хмыкнул.

— Зачем, Эрика? А как же наш с вами договор?

— В нашем с вами договоре... — Я свесилась в лестничный пролет со второго этажа, чтобы меня было лучше слышно, — не оговаривалось, что я буду жить с вами в одних покоях и любоваться на вас голого.

— Я не голый!

— Нет — голый.