– Мы не будем его отвлекать, зачем? Ты у нас и так сильная, ведь правда?

– Я хочу к папе!

– А рядом только я!

– Ты будешь делать мне больно! И ругать, чтобы я не жаловалась и не плакала! – произнесла малышка обречённо и по её вискам действительно заструились слёзы.

– Даже не собираюсь. Мы с тобой просто попьём чай со сладостями, потом оботрёмся не очень вкусно пахнущей водичкой, положим на лоб полотенце и ляжем под одеяло. Жаловаться не просто можно, а нужно. Что касается плакать... Думаю, это ни к чему. Лучше сказку почитаем, договорились?

Слёзы тут же высохли.

Изумлённо моргнув, Веста прошептала:

– У меня нет сказок, только учебники.

А-р-р! Верните Дуру, пожалуйста, я ей космы повыдёргиваю!

– Значит, так расскажу, я их очень много знаю. А как выздоровеешь, мы съездим в столицу и купим целый чемодан книг со сказками.

– С картинками?

– Разумеется, что за сказки без картинок!

В спальню бесшумно прошмыгнула Китти и поставила на журнальный столик всё, что я запрашивала.

Отпустив горничную восвояси, налила чай, прихватила мёд, варенье и расположилась на кровати. Помогла девочке сесть, вручила ей чашку и, подцепив ложечкой пару крупных ягод малины, отправила их в рот своей пациентки.

Видимо, из-за шока девочка не сопротивлялась и послушно открывала рот, принимая сладости, запивая их чаем. К слову, и обтирание слабым раствором уксуса выдержала с честью, только морщилась от неприятного запаха.

Закутав малышку в одеяло, положила на лоб компресс и, вытянувшись на кровати, обняла хрупкое тельце. Прижимая растерянную девчушку к себе, начала рассказывать сказку про Золушку."

"Всё ещё не веря в мои чистые помыслы, она лежала, боясь пошевелиться.

Лишь спустя минут пятнадцать расслабилась, а вскоре и вовсе мирно засопела. А вот мне было не до сна. Несколько раз меняла компресс, перед этим приникая ко лбу губами, проверяя спала ли температура.

За окном уже забрезжил рассвет, когда жар поутих. Облегчённо выдохнув, я поцеловала воробушка в макушку и отключилась.

33

ЭЛЬМИРА.

По лицу скользили почти невесомые касания, медленно вытягивая из сна. Открыла глаза, встречаясь взглядом с Вестой. Руку девочка сразу же отдёрнула и смущённо потупилась.

– Можешь трогать сколько захочется, я не против, – произнесла я сиплым ото сна голосом, ласково улыбнувшись.

– Ты красивая, – прошептала девочка чуть слышно.

– Ты тоже. Очень-очень.

– Не правда. Дура говорила, что я похожа на свою рохлю-мамашу.

Ну вот, во мне снова проснулась жажда убийства. Как можно городить такое ребёнку? Может, мать из Тианы никудышная, но зачем девчушке об этом знать? Надеюсь, тётушка хоть подробностями их появления на свет с детьми не делилась.