– Чего в такую рань названиваешь? – буркнула я.

– И тебе доброе утро. Как у тебя дела? Слышал, вы с драконом рано покинули бал."

"Ох, и точно, а я только сейчас вспомнила события вчерашнего вечера. И то не все! Последнее, что отложилось в памяти – как Арамазд приказал кучеру ехать домой. Настороженно осмотрелась. Комната моя. Заглянула под одеяло, отмечая, что одета в ту самую развратную сорочку, в которой расхаживала во сне. Вопрос: кто меня переодел?!

– Ты что, следишь за мной? – поинтересовалась у папеньки, решив скатиться в истерику позже.

– Просто знакомый рассказал.

Что произошло?

– Ничего. Я устала с непривычки и Арамазд подумал, что нам лучше уйти.

– Какой заботливый! – протянул отец ехидно. – Татуировку покажи.

– Зачем, ты же вчера всё заснял на своё зеркальце? – прищурилась я подозрительно.

– Запись не сохранилась!

Ладно, чего уж там! Продемонстрировала руку, мне не жалко. Генерал раздосадованно скривился.

– Что не так? – вновь встрепенулась моя подозрительность.

– Рисунок уж больно сложный, не уверен, что мастер сможет его воспроизвести.

– Пусть старается, – рявкнула я и прервала связь, откидывая зеркало в сторону.

Вот теперь можно поиздеваться над своим мозгом и попытаться вспомнить, как очутилась в своей комнате, да ещё и в таком фривольном виде. После изрядных усилий в голове всплыл разговор с герцогом, состоявшийся в карете, клятва, которой Эль учила меня ещё в детстве, дальше – провал.

Хотя... смутно припомнился лёгкий поцелуй, обжёгший губы... Да нет! Бред! Арамазд не мог меня поцеловать, его же перекашивает от отвращения, стоит мне оказаться слишком близко.

Сегодня, перед тем как встать, свесилась с кровати, проверяя наличие собакена на полу.

Так и есть. Он лежал, пристроив голову на вытянутые лапы, но стоило мне выглянуть, тут же вскинулся, уставившись в мои глаза.

– Привет!

– Привет, – ответил Ричи, отводя виноватый взгляд.

А это уже не очень хорошо!

– Где мои тапки? – мгновенно вычислила я, в чём дело.

– Ну... тут где-то...

– Хорошо, спрошу по-другому: насколько они целые?

– Я не виноват! Зубы... – опустил пёс голову и прикрыл лапой нос.

От этой картины я едва не расхохоталась. Настолько умилительное зрелище, что и ругаться нет желания. Состроив серьёзное лицо, строго произнесла:

– Я тебя прощу, если поведаешь, что произошло вчера вечером.

– Это запросто! – тут же заявил пёс радостно и запрыгнул ко мне. – Хозяин принёс тебя спящую в комнату и уложил на кровать, даже одеялом укрыл. Потом ушёл и приказал Китти тебя переодеть.

Фух! Меня накрыло такое облегчение, что не передать словами. А то уж успела представить, как супруг раздевает моё бесчувственное тело, а потом с ухмылкой натягивает на него полупрозрачную сорочку. Бр-р, привидится же такое!

– И всё? – зачем-то спросила у Ричи.