– Почему?… – скрипнув зубами, маркиз зыркнул на замерших дам, которые не набросились на него только потому, что он их опередил и вызвал дворецкого.

– Гостьи виллы Дель Солейль прибыли с высочайшего соизволения их величеств, – невозмутимо ответил Марио. – Я уже занялся расселением леди и их сопровождающих.

– Опять?!

– Желаете прочесть письмо их величеств сейчас? Или принести в ваш кабинет?

– Желаю! – чуть не раскрошила зубы от злости жертва матримониальных планов целой толпы потенциальных невест.

И тут я ещё.

Но нет, лучше-ка я подожду окончания сцены.

В протянутую руку маркиза опустился свиток с королевской печатью. Сломав её, он развернул послание, быстро прочитал, свернул и, улыбнувшись так, что всем сразу стало понятно, как сильно им не рады, процедил:

– Добро пожаловать на виллу Дель Солейль. Её величество была столь заботлива и внимательна… – Скрип зубов был слышен на весь холл. – Что оказала мне честь и от моего имени пригласила вас всех в гости. К моему величайшему огорчению, я не смогу развлекать вас всю эту неделю, на которую мой дом открыт для гостей. Дела, заботы, обязанности перед страной и их величествами. Вы должны понять. Но к вашим услугам вилла и окрестности. Ах да, не советую спускаться в подвалы и подниматься на чердак. Эти территории любит посещать фамильный призрак рода ди Кассано.

Леди и их сопровождающие зароптали, заволновались, но стоило чёрным глазам маркиза остановиться на них, как недовольство замерзало у них прямо в горле.

Уважаю! Мне так никогда не суметь! Всё же есть что-то пронзительное и жуткое в тёмно-карих, почти угольных глазах. Когда зрачок практически сливается с радужкой – выглядит впечатляюще и проникновенно. С зелёными глазами такого эффекта никогда не достичь, как бы я ни старалась.

– Марио! Я к себе, приготовь всё необходимое. Дамы, – раздражённо поклонился владелец виллы гостьям, которые отчего-то хранили молчание.

Ан нет, не все такие робкие. Та самая «гусыня» выступила вперёд, выпятила необъятный бюст, шумно захлопнула веер, которым только что обмахивалась, стараясь отдышаться, и не терпящим возражений тоном обратилась к маркизу:

– Ваше сиятельство, это недопустимо! Ваш слуга плохо выдрессирован и груб! Он посмел предложить мне и моим девочкам одну комнату на троих! Представляете?! И как мы должны размещаться? А ведь мы…

– Да-да! – вмешалась ещё одна леди преклонного возраста, хватая за руку юное эфемерное создание в кружевах и бантиках и вытаскивая его вперёд. – Нам с Офе́лией тоже выделили общую спальню. Я уже сходила и всё проверила. Там всего одна кровать! Но это возмутительно! Мы с моей подопечной не можем спать в одной постели!

Остальные дамы, их дочери и служанки загомонили.