– Если другой никто не заберет.

* * *Еще неделю живу этими мыслями. Ба каждый день читает мне нотации и ругает, как маленького ребенка, заставляя включить телефон и позвонить Алене.

Я упрямлюсь до последнего, просто не понимая, как я позвоню ей после всего, что ей наговорил. Что скажу? Достаточно ли будет извиниться по телефону в такой ситуации? И нужны ли ей вообще мои извинения? Не уверен. Я, баран бестолковый, оставил ее там одну, почти прямиком подталкивая в лапы того, кто только этого и ждал.

Я катастрофический идиот.

Но сегодня утром я просыпаюсь и вижу перед собой телефон. Хотя точно помню, что не доставал его из рюкзака. Телефон стоит на зарядке, и я понимаю, что это ба постаралась, от слов перейдя к действиям.

Ладно… Наверное, и правда хватит страдать и пытаться решить это все, ничего не предпринимая. Я тут уже десять дней, даже Аленка должна была уже остыть, а значит, мы сможем поговорить.

Включаю телефон, сразу же сыплется миллион оповещений. Звонил Палыч, пацаны из команды, какой-то незнакомый номер, Ольга Сергеевна. Куча сообщений в мессенджерах, куча еще каких-то окошек, и я просто вырубаю звук, потому что голова раскалывается от этих пиликаний.

Открываю сообщения и застываю. Аленка звонила мне двадцать четыре раза… Несколько раз в первый день, еще три раза во второй и каждый день по звонку. Она звонила мне каждый день… В отличие от меня, труса, который решил вырубить телефон и забить на все.

Черт.

Я ненавижу самого себя, когда смотрю на оповещения о ее звонках. А потом замечаю окошко из мессенджера с ее именем и ненавижу себя еще больше.

Открываю. Тут огромное количество непрочитанных от всех подряд, и от нее больше всех. Я даже не могу представить, что она там мне писала. Она писала… и звонила. Вот я придурок!

Открываю сообщения. Она писала мне каждый день. И последнее сообщение было вчера. Читаю по очереди, с самого первого. Оно было как раз в первый день. И дальше – по одному в день.

Алена: Не могу дозвониться до тебя. Перезвони, как сможешь.

Алена: Сереж, я волнуюсь… Мне никто не говорит, где ты. Точнее, сказали только, что ты уехал домой, а что стряслось – никто не говорит. И трубку ты снова не берешь. Переживаю, набери меня.

Алена: Меня уволили, кстати. Почти с позором. Так что я дома сейчас."

"Алена: А еще… Я выпросила у Оли твой адрес. Полетела сразу к тебе, надеялась поговорить, но тебя не оказалось дома. Я ждала несколько часов, но тебя так и не было, мне пришлось уехать. Я расстроилась. Хотела увидеться, но решила, что нам все-таки не судьба быть вместе, видимо.

Алена: Ты все еще не отвечаешь и не читаешь сообщения, но я хочу с тобой делиться происходящим. Мне сейчас очень хочется поплакать кому-нибудь в плечо, и я решила, что моей жилеткой для слез будешь ты.