Может быть, Кэсс уже передумала? Она не выступила вперед и не сказала ему, чтобы он немедленно оставил ее в покое, разве нет? А сегодня она даже сказала Люси, что обойдется в саду без ее помощи. Неужели и вправду возможно, чтобы у Кэсс изменилось мнение относительно ее чувств к герцогу Кларингтону?

Люси сморщила нос. Почему эта мысль так встревожила ее? Люси покачала головой. Был только один способ выяснить правду. Просто спросить Кэсс. Безотлагательно узнать, в самом ли деле ее радует внимание Кларингтона. И если Кэсс скажет «да»… О, не может же она и вправду сказать «да»? Или может? Во всяком случае, если она скажет «да», тогда Люси отойдет в сторону.

Полностью отойдет в сторону. И предоставит им свободно любезничать. Нет ничего проще. Она сбросила пеньюар и снова улеглась под одеяло. Теперь она точно быстро уснет, раз у нее появился такой разумный план действий.

Но часом позже она все еще вертелась в постели, то и дело взбивая подушки. Если этот план настолько простой, почему она не может уснуть?"

"Дерек швырнул перо на учетную книгу. Он никак не мог понять, почему не спит посреди ночи и в восьмой раз пересчитывает одну и ту же колонку цифр.

Он был не в состоянии уснуть, и час назад мысль спуститься к себе в кабинет показалась ему удачной. Теперь же, однако, он осознал, что вообще не способен ничего делать. Его одолевали мысли о разочаровании, постигшем его сегодня вечером на балу. В особенности, с леди Саморазрушительницей, Люси Апплтон.

Что не так было с этой леди? Она отказывалась хоть на минуту оставить его в покое. Она появлялась, словно тень, всякий раз, когда ему предоставлялась малейшая возможность побыть с леди Кассандрой наедине.

Оказывается, леди Люси поступала так из какого-то превратно истолкованного чувства дружбы. Уж относительно дружбы Дерек в конце-то концов понимал все. Не вызывало сомнений, что леди Люси считала себя ближайшей подругой леди Кассандры. Но если бы эта маленькая властная плутовка хотя бы на мгновение остановилась и хорошенько задумалась над тем, что делает, она наверняка поняла бы, что, мешая своей подруге принимать ухаживания молодого, здорового, состоятельного герцога – который, следовало признать, недурен собой, – она действует вовсе не в интересах леди Кассандры. Но леди Люси, очевидно, чертовски упряма и самоуверенна. Дерек сомневался, что она заинтересована в том, чтобы взглянуть на положение дел в другом свете. Это сводило его с ума.

Дерек даже подумывал о том, чтобы обратиться к родителям леди Кассандры и сообщить им о вмешательстве леди Люси. Наверняка граф и графиня не одобрят намерения Люси воспрепятствовать их дочери выйти замуж за герцога. Но это Дереку тоже не подходило.