Люси стиснула зубы и исполнила приказание.

– Мне сказали, у вас острый язык, – заметила королева.

«Скромнее, скромнее».

– Тоже верно, ваше величество.

Королева сняла очки. Лакей поспешно подскочил, чтобы забрать их.

– И сегодня вы обуздали его ради меня?

– Безусловно! – Наверное, это прозвучало слишком уж горячо.

Принцессы снова захихикали. Люси хотелось провалиться сквозь пол.

– Понимаю, – произнесла королева. – Леди Морланд напомнила мне, что вы учинили скандал, когда впервые прибыли ко двору.

Люси вздохнула с облегчением. Ох, слава богу. Сама королева ничего не помнила.

– Я… возможно, ваше величество.

– Так было это или нет, леди Люси?

Она почти слышала голос Кэсс в своей голове: «Скажи, что не было. Скажи, что не было».

Люси сделала глубокий вдох.

– Да, ваше величество. Я устроила ужасный скандал. И теперь очень сожалею об этом.

Королева снова подняла брови.

– А раньше вы жалели об этом?

Люси расправила плечи и гордо вздернула подбородок. Вот он, последний удар по ней.

– Нет, ваше величество. Я стала сожалеть об этом только сейчас и надеюсь, что это не повлияет на ваше решение о том, подхожу ли я в жены герцогу Кларингтону.

По залу пронесся приглушенный шепот. Все взгляды были прикованы к королеве. Что скажет на это монаршая особа?

Краем глаза Люси заметила Кэсс, стоявшую рядом с тетей Мэри и нервно обмахивавшуюся веером. Тетю Мэри, по-видимому, постоянно била дрожь, которую выдавали перья. А леди Морланд с удовлетворенной улыбкой скрестила на груди руки. Она знала, что победит.

Люси приподняла юбки. Кэсс была непреклонна. Как только королева отпустит Люси, придется пятиться, выходя из тронного зала. К монархам никогда нельзя поворачиваться спиной, и уход Люси обещал стать самым унизительным в истории.

– У меня есть к вам еще один вопрос, леди Люси, – сказала королева.

Люси судорожно сглотнула.

– Да, ваше величество?

– Почему вы хотите выйти замуж за герцога Кларингтона?

Люси сделала глубокий вдох.

– Сказать по правде, ваше величество, я сожалею о том, что он герцог. Я хочу выйти за него, потому что он самый лучший мужчина из всех, кого я когда-либо знала. Более преданный, любящий и добрый, чем можно себе представить. Я люблю его, ваше величество, и готова ради него на все. Даже прийти сюда сегодня в этом нелепом платье, с подобием птичьего гнезда в волосах и в корсете, который вполне может меня прикончить. И глупо улыбаться, и расшаркиваться, и вести себя как полагается – и все это ради возможности провести с ним остаток моей жизни.

Это довершило дело. Бедняжки принцессы потеряли дар речи. Их царственные рты одновременно раскрылись от изумления.

Люси оглядела зал. Мать Кэсс почти потирала руки от радости.