Она не понимала, что сильнее волнует ее: сплетни или нож, вонзившийся глубоко в сердце. От неожиданности и боли у нее путались мысли.

Слоан еще не заметил ее. Поглощенный чтением письма, он медленно шагал к дому. Сабрина долго смотрела на него.

— …Я была так рада, что генералу понадобился именно мой хлеб, — продолжала щебетать Джин. — Этот рецепт так прост, что испечь по нему хлеб смог бы каждый.

— Джин, я уверена, что ни у кого хлеб не получится таким вкусным, как у вас.

— Вы и вправду так считаете? — с волнением переспросила Джин. Она улыбнулась, и ее лицо просияло.

Временами она бывает такой милой, думала Сабрина, жаль только, что всегда держит голову опущенной, а улыбается редко и робко. В этот момент Сабрине не было никакого дела до рецепта Джин, но сама Джин придавала разговору огромное значение, поэтому Сабрина попыталась успокоиться.

— Да.

— Ллойд был бы польщен. Он всегда старается производить хорошее впечатление. Боюсь, я не гожусь в жены честолюбивому военному.

— Не болтайте чепухи, Джин: вы милы и очаровательны, вас все любят. Не смейте отрицать свои достоинства, — решительно заявила Сабрина.

Слоан прошел мимо, не подняв головы: он был всецело поглощен письмом. Что это за письмо? Что произошло?

Внезапно Джин порывисто обняла Сабрину и поцеловала ее в щеку.

— О, благодарю вас! Как я вам признательна за вашу доброту! А теперь… мне пора печь хлеб!

Сабрина сумела улыбнуться и помахать ей вслед, а затем направилась к дому. Открыв дверь, она сразу услышала, как на плите булькает рагу. Внезапно от аппетитного аромата Сабрину затошнило, и эта тошнота вновь напомнила ей о том, что она ждет ребенка. Она мечтала об этом ребенке, боялась поверить в свою удачу, но теперь ощущала лишь оцепенение.

Ее предположения подтвердились именно в то время, когда она разуверилась в прочности своего брака и надежности мужа, которого успела полюбить.

Сабрина вошла в комнату. Слоан стоял, прислонившись к стене. Письма, которое он читал, нигде не было видно. Слоан молча потягивал виски. Закрывая дверь, Сабрина на миг повернулась к нему спиной.

— Где ты была? — спросил он. Сабрина оглянулась.

— Выходила прогуляться. Я услышала, что на поле затеяли игру в бейсбол, но успела только к завершению.

Потом я поговорила с Либби и Джин. Либби сообщила, что Оти вернулся. Он обеспокоен неладами с Грантом, оттого что едва ли сумеет прокормить семью на армейское жалованье.

— Грант и коррупция существуют, и они берут свое, — пробормотал Слоан. — Либби каждый день приходится готовить еду на семерых членов семьи Кастера.

— Все дамы были в восторге от твоей игры. Они говорили, что ты продемонстрировал мастерский удар.

— Это правда.

— Жаль, что я его не видела.

— Я зашел домой сразу после возвращения, но ты спала.