Смотрит куда-то в пол не моргая.

Ну, скорее всего, по уровню достатка, он привык к ресторанам. А там баяны не предусмотрены. Не “на богатом”.

Когда песня заканчивается, Максим встает и с натянутой улыбкой отпрашивается на перекур, а я продолжаю развлекать своих гостей.

Сыграв еще одну песню, иду за Петровым. Мне кажется, он уже на грани терпения всего этого представления.

- Макс, - шепчу, протискиваясь к нему на балкон. Петров курит в окно и даже не смотри на меня. - Ну, Макс. Потерпи нас, пожалуйста. Не психуй только, ладно? Они еще часок потусят и спать соберутся.

Макс кивает, но не оборачивается.

- Макс, извини, они у меня простые, не под стать твоим, наверное, - глажу его по плечу.

Петров выпрямляется и поворачивается ко мне. В вечернем сумраке вижу, что его глаза блестят, будто от слез.

- Я сирота, Дань, - глухо выдает он, потирая переносицу. - Я бы полжизни отдал, чтобы моя родня вот так же ко мне приезжала в гости. Вы мне не мешаете… Я просто не знаю, как… - Макс шумно выдыхает в потолок и с силой втягивает воздух снова, - как себя вести, чтобы, наоборот, вам не мешать.

Смотрю на него и чувствую, как внутри все сжимается от боли, сквозящей в его интонации.

- Ты нам не мешаешь, Максим! - тяну руки к мощной шее. Макс наклоняется, разрешая себя обнять. Прижимаю его к себе так сильно, как могу, а он утыкается мне в шею и шмыгает носом.

Стоим так, обнявшись, какое-то время. Я глажу Петрова по спине, пытаясь поддержать его. Он сжимает меня в объятиях и молчит.

- Прям совсем-совсем сирота? - шепчу ему на ухо. Кивает, жмурясь.

Ужас какой! Это же так тяжело - быть абсолютно одиноким. Мне даже щемит в груди от этой мысли. А сколько раз я Макса ткнула носом в то, что он чей-то богатенький сынок… И про сказки, и про маму говорили… Господи, это ужасно!

- Макс, мне так стыдно перед тобой. - признаюсь ему шепотом. - Прости меня, пожалуйста. Хочешь, пообещаю, что завтра же исчезну из твоей жизни навсегда-навсегда?

Глава 49. Даня

- Я посудомойку заказал, - игнорируя мое самобичевание, отзывается Макс глухо. - И робот-пылесос.

- Ради меня? - чуть отстраняюсь и смотрю на него внимательно.

Максим серьезно кивает.

- Не исчезай никогда-никогда, пожалуйста, - Петров строит мне глазки и делает брови домиком. - Я тебя люблю, кажется.

Чуть не рухнув в начале фразы от чувств, я быстро прихожу в себя на окончании.

- Когда кажется, креститься надо! - отстраняюсь обиженно, но Макс тут же подхватывает меня под бедра и сжимает в объятиях до хруста ребер.

- Я не любил никого, мне сравнить не с чем, - оправдывается, заглядывая в глаза, придерживает за шею, чтобы я смотрела на него. - Когда детей не хотят, а от конкретной женщины хотят… это любовь?

- Наверное, - шепчу растерянно. Ловлю себя на мысли, что у нас с Максом получатся очень красивые дети.

- Тогда выходи за меня замуж.