Сотрудник усмехается, открывает железную дверь ключом.

- Вип дадим. Мы ж не звери.

Захожу в помещение, где несколько раздельных железных камер. Из одной слышится храп. Вижу здоровенного мужчину, который спит на нарах, отвернувшись к стене. В воздухе пахнет перегаром.

- Это вип? - прохожу в камеру напротив него, оборачиваюсь и наблюдаю, как полицейский закрывает передо мной решетчатую дверь на ключ.

- Ага. В отдельных особо опасных и буйных содержим. - подмигивает он. - Ну, и тебя, чтобы с бомжами не сидела.

Вот спасибо!!!

Провожаю его ошалелым взглядом, цепляясь пальцами за решетку. Мужчина выходит из помещения, снова слышу щелчки замка.

Потом смотрю на спину очередного соседа.

Двое суток лицом к лицу с особо опасным преступником?

Петрооов, найдиииись!!!

Хожу туда-сюда по маленькой клетке. Когда в глазах начинает рябить от мелькания решетки, сажусь на твердую лавку, сверлю взглядом тело напротив.

Ранний подъем даёт о себе знать. Начинаю зевать и кемарить. Потом сдаюсь, сворачиваюсь калачиком на жёсткой сидушке и закрываю глаза. В конце концов, мой сокамерник, может, и особо опасный, но тоже заперт за решеткой.

Снится какая-то вакханалия. Я даже не могу разобрать происходящего и действующих лиц. Просто мутный, тревожный калейдоскоп из обрывков разных событий.

Когда слышу скрежет ключа и громкое “обед”, отворачиваюсь лицом к стене.

- Ты есть не будешь? - доносится мне в спину противный скрипучий женский голос.

- Нет, - бросаю коротко, пытаясь снова поскорее вернуться в сон.

- А зря, - слышу совсем другой голос.

Я распахиваю глаза и покрываюсь мурашками от того, насколько проникновенно и опасно он звучит. Мужской, низкий, хриплый баритон.

- Тут очень вкусно кормят.

Сон как рукой снимает! Я резко подпрыгиваю, разворачиваясь.

Громила сидит напротив меня и пристально смотрит своими черными, как ночь, глазами. И вот сейчас, именно сейчас, я вдруг понимаю, что будто этот взгляд уже видела! У Петрова точно такой же, когда он злится! Один в один!

С кем я живу?! А вдруг он тоже уголовник?!

То, что мужчина напротив - уголовник, я даже не сомневаюсь. Он сидит в футболке и я прекрасно вижу на шее и руках узоры татуировок. Если бы он сидел без нее, я бы даже не догадалась, что голый.

- Ешь, - коротко приказывает он и я предпочитаю не спорить.

Беру железную миску с кашей, ложку. Стараюсь не думать, кто мог есть из этой посуды до меня. Вяло ковыряю крупу, разглядывая кусочки мяса, но так и не решаюсь попробовать.

- Брезгливая? - усмехается мужчина, вставая. Открывает дверь своей камеры и под мой ошалелый взгляд выходит и подходит к моей, протягивает руку. - Давай, отнесу.

Забрав тарелку, стучит по железной двери и передает женщине, затем возвращается ко мне. Останавливается. Разглядывает.