– Быстро!

Я только было открыла рот, чтобы сказать что-то в свое оправдание, но Сабир рявкнул на меня:

– Молча! В душ! И закройся там!

Я осторожно слезла с кровати, не выпуская из виду мужчин. А когда вышла из спальни, то тут же юркнула в ванную и заперла дверь.

Выдохнув с облегчением, я прижалась ухом к двери, чтобы услышать, что задумали мужчины.

– Не дави на нее так! – был слышен свирепый голос Сабира. – Она боится тебя, разве ты этого не видишь?

– А тебя прям не боится?! – сердился Симон в ответ.

– Ладно, – согласился Сабир. – Не надо пугать ее раньше времени. Пусть привыкнет к нам. А сейчас просто поужинаем. Без продолжения.

– Сам-то продержишься? – ворчал Симон, но Сабир промолчал.

Разговор моих боссов на этом закончился, и я в полной задумчивости зашла в душевую кабину."

"Что Сабир имел в виду, говоря «не пугай ее раньше времени»? Чего я не знаю? Вряд ли они признаются сейчас. Единственный, из кого, возможно, получится выбить признание – это мой бывший муж. Если его условием для развода было устроиться в эту компанию, значит, он знал куда меня отдавал. И если я уже прочно погрязла в этой ловушке, то ему даже доставит удовольствие во всем признаться и окончательно испортить мне жизнь.

Но, что бы это ни было, я не дам им себя сломать!

С удовольствием выкупавшись в огромной душевой кабинке, я машинально потянулась за халатиком на вешалке, но рядом его не оказалось. Как и самой вешалки. Ведь я уже не в той своей убогой привычной ванной.

Никакой одежды рядом также не было, потому что зашла я сюда уже обнаженная.

Черт! А ведь эти двое так и не ушли!

Завернувшись в полотенце, я тихонько открыла дверь и одним глазом просканировала территорию.

— Искорка! — тут же окликнул меня Симон, и я аж подскочила на месте. Он что, караулил под дверью?! — А у меня для тебя подарочек.

Мужчина бесцеремонно открыл дверь, чуть отпихнув меня в сторону, и протянул бежевый бумажный пакетик, перевязанный красной ленточкой.

Заглянув внутрь, я обнаружила там красивый комплект белья такого же красного цвета, как и ленточка.

— Ты же не сердишься на меня, малышка? — Симон обхватил мое лицо ладонями, вынуждая тем самым смотреть ему в глаза.

Сейчас глаза мужчины были наполнены добротой, и я сдалась под его взглядом.

— Нет, — шепнула я, поглощённая его нежностью.

— Наденешь это для меня? — мужчина двинулся на меня и прижал к стиральной машинке. — Мы уйдем через час. Обещаю.

— Хорошо, — улыбнулась я.

По крайней мере, белье даст мне хоть какую-то иллюзию защищённости.

Довольный нашим разговором, Симон стянул с себя боксеры, и направился в душ, что-то напевая себе под нос.

Я вновь улыбнулась его естественности и непосредственности, а затем принялась облачаться в свой ""наряд"".