– Мы проголодались, как волки.

Вскоре небольшой стол был уставлен ароматными порциями блюд, но у меня напрочь пропал аппетит. Задавленная одной только энергетикой Сабира, я напряженно ковыряла вилкой пасту с морепродуктами. Симон с аппетитом поглощал свою порцию и рассказывал мне что-то между делом, словно не замечая моей задумчивости.

Наконец Сабир закончил разговор и направился к нам. Я инстинктивно придвинулась поближе к Симону и нервно сжала вилку в руке, как вдруг почувствовала горячую ладонь Сабира на своей пояснице. Он ободряюще прошелся немного выше по спине и произнес своим фирменным строгим тоном:

– Ешь, Искра.

И хоть в его голосе не было ни капли тепла, а только сухое раздражение, я почему-то уловила… заботу? Нет! Ее невозможно было уловить! Наверное, я просто хочу это услышать, вот и придумываю то, чего нет! Или не придумываю?

Тем не менее, я буквально кожей ощутила чувство безопасности и, выдохнув напряжение, позволила себе приступить к еде.

Глава 7.

Расправившись со своим обедом, мы вновь вернулись в офис. Холодность Сабира уже не так сильно расстраивала меня, но и Симон не позволял себе таких милых задвигов.

День пошел по намеченному плану, где каждый ""винтик"" большой офисной машины принялся готовиться к завтрашней презентации. И хоть на мне была задача минимум: только проконтролировать доставку баннера, но и мне хотелось быть более полезной. Поэтому я с энтузиазмом предлагала свою помощь Римме Юрьевне, избегая однако с ней зрительного контакта.

— Голубушка моя, — не выдержала женщина ближе к пяти вечера. — Что ты себя так загоняешь по пустякам? Тебе неудобно, что я стала свидетелем вашего с Симоном воркования?

Мы как раз закончили собирать по пакетам подарочный мерч: стильные ручки и ежедневники в кожаном переплете с логотипом компании.

От вопросов Риммы Юрьевны мои руки повело, и я выронила один из пакетиков, но тут же неуклюже подняла его.

— Эм... воркования? — переспросила я и тут же густо покраснела.

Почему мне было так совестно перед, по сути, совсем чужим мне человеком?

— Симон очень милый, — заговорщицки улыбнулась женщина. — Но я, признаться, не понимаю почему его ещё не прибрали к рукам. Я работаю здесь уже седьмой год, но не было ни одного слуха, что Симон с кем-то встречается из нашего офиса, ну или вообще с кем-то.

— Почему? — я осторожно подняла на женщину глаза. — Разве он не считается местным дамским угодником?

— Считается, — укоризненно вздохнула Римма Юрьевна, словно речь шла о ее родном сыне. — Он не упускал ни единую возможность пофлиртовать с кем-то. Но дальше флирта, насколько я знаю, у него ни с кем не заходило.

Я задумчиво нахмурилась.

Не могу же я быть той самой единственной, до которой Симон снизошёл. Я не маленькая, чтобы верить в сказки.