Сколько было радости на их лицах, как светились глаза от счастья, не передать словами. Вика была рада за отца и ставшую близкой подругу матери. Они были достойны счастья.

Гости съехались все в назначенное время. Много тостов, поздравлений и пожеланий прозвучало в честь молодых. Герцог не отходил от своей возлюбленной и пытался невзначай ее приобнять. Когда концентрация алкоголя в крови стало зашкаливать герцог с Викой решили сбежать из-за стола. Они тихонько вышли на улицу и сели в беседке позади дома. Разговаривала о многом и ни о чем. Вика смотрела на своего жениха и понимала, как приятно разговаривать, сидя просто так, смеяться, интересно проводить все время.

Стрела, спокойно сидевший до этого, резко встрепенулся и уставился в кусты напротив. Молния, прилетевшая из кустов, ударила в грудь и повалила бессознательного герцога на землю. Стрела, нырнув в кусты, вцепилась когтями в лицо нападавшего. К отчаянному крику Вики присоединился крик нападавшего, пытавшегося отодрать со своего лица маленького роки.

Пьяный народ высыпал на улицу. Поднялся галдеж, никто не понимал, что произошло. Из комнаты Варвары выскочил Лука Фомич. В последнее время он был частым гостем у вдовушки и многим было понятно, что эти отношения ведут прямой дорогой в храм.

Он подскочил к герцогу. Посмотрев беглым взглядом на Данилу Леонтьевича, он сразу понял, что время сейчас против умирающего. Лука Фомич подозвал Варвару и приказал заварить определенный сбор трав, а сам склонился над герцогом и стал монотонно читать на непонятном Вике языке. Она стояла и не могла сдвинуться с места. Все тело будто окаменело.

В это время выпивший, но не пьяный граф Александр Ярославович, что-то тихо сказал малышу роки и сам забрал его на руки, освободив лицо нападавшего. На преступнике не было ни одного живого места, оно представляло собой кровавое месиво. Стражники закрыли стонущего от боли нападавшего в одно из пустых складских помещений до особого приказа.

Вика обезумевшими глазами смотрела на происходящее. Из глаз не переставая текли слезы. Она не замечала Стрелу, скулившего у нее под ногами.

Лука Фомич долго колдовал над телом герцога, пока не почувствовал, как сердце больного забилось в нормальном ритме. Он глубоко вздохнул, но в сознание так и не пришел. Работники, которые толклись возле господ, подхватили тело Данилы Леонтьевича и понесли в комнату для гостей.

-Надо осмотреть этого смертника, -проворчал он и пошел в сторону складских помещений.

-Может не надо, пусть помучается, чтобы в следующий раз было неповадно, -прозвучала из толпы.

-Я не могу так поступить господа, хотя я сам не рад тому, что придется это делать, но я- целитель. Для меня любая жизнь считается ценной.

Ответив, он продолжил свой путь.