Наклоняюсь, чтобы ощутить их аромат, но почему-то не решаюсь. Отстраняюсь резко. Не хочу. Все равно не то. Столько лет, сука, прошло, а я все ещё те ощущения ищу. Так и не нашел за такой длительный срок.

— Нат, давай так. Ты, конечно, можешь ездить куда угодно. Я же совершенно не против. Но потом забываешь мой номер телефона, Окей?

— Ну Вить, — чуть ли не ноет, трётся щекой о мою шею. — Пожалуйста.

Именно в этот момент дверь ВИП-комнаты открывается и в помещение заходит Антон. Ничуть не смутившись, садится на диван напротив и закидывает ногу на ногу. Ната встаёт, обходит, снова встаёт за моей спиной.

С Тохой отношения так себе. Мы отдалились друг от друга. Через несколько месяцев, когда мои поиски ничем мне не помогли, я свалил в Штаты. Больше полугода там остался, а потом всё-таки вернулся, хоть и память себе стереть так и не смог. И вот, только последние пару месяцев мы более-менее разговариваем. Сюда он приехал чисто по делам, как сказал сам.

— Поговорить надо.

— Валяй.

— Нет, Виктор, без лишних ушей, — кивает он на Наташу.

— Мне нечего от нее скрывать, — бросаю холодно.

Антон, подавшись вперёд, щурится. А потом усмехается уголками губ. Злорадно так. Не отводит взгляда от Наты, которая что-то мурлычет, явно считая, что она имеет для меня какое-то значение.

— А я так не считаю. Важно, Виктор. Новости есть. И такие… Что ты просто свихнешься.

Склонив голову набок, изучаю лицо Антона. Выглядит паршиво. Устало и, кажется, немного растерянно.

Миха говорил, что он ад устроил той бабе, которая инфу сливала и вокруг пальца нас обводила. И до сих пор она в его плену. Пять лет он ее в каком-то замкнутом помещении держит. Прислугой ее сделал, не отпускает.

С трудом, конечно, верится. Но судя по тому, что несколько месяцев он как проклятый работает и домой отправляется только по ночам, все действительно так. Нет, меня ни капли это не трогает. Пусть творят, что хотят. Не мое дело.

Больше ни к кому не лезу, ничем не интересуюсь. На собственную жизнь болт забил. Ибо я тот, кто ценить не умеет то, что действительно дорого. Тот, кто людей узнать не может и верит совсем не тем… Поэтому… Хорош ломать какую-то девчонку. Не заслуживаю я ничего хорошего.

— Выйди, — командую Нате. Она теряется и явно хочет что-то сказать, но я поднимаю руку вверх, жестом указываю, чтобы замолчала и немедленно свалила. Забрав сумку, она медленной походкой выходит из помещения. — Валяй. Я сюда отдыхать пришел, а не тебя слушать.

— Были времена, когда…

— Были времена, когда мы уважали выбор друг друга, — рявкаю, подавшись вперёд. Оперевшись локтями о бедра, смотрю в упор. — И я тебя не трогал, Тоха, напоминаю. Но ты решил надавить на меня. В самое больное место соль сыпал. В итоге кто оказался прав?

— Ты, Виктор.