— Генерал сегодня не придет, — пожимаю плечами и направляюсь к дверям.

Среди вещей Анны нашелся кошелек с деньгами, так что сориентируюсь.

На улице полной грудью вдыхаю воздух. Вдоль домов стоят каштаны. Тепло. После бессонной ночи и переживаний за Анну ощущаю небольшую тяжесть, но вскоре отвлекаюсь. Оказывается, здесь ходят трамваи. Антенны весело искрятся оранжевой магией.

Центр города не такой большой — в нем трудно потеряться. Выхожу на Королевский проспект и ищу глазами особняк, полученный в наследство.

Вдруг приходит мысль, что его можно как-нибудь выгодно использовать. К примеру, открыть здесь гостиницу. Дорогую, для богатеев. Образование позволяет заняться бизнесом.

Мысль интересная, но... безумная. Я не потяну такое.

И снова смотрю на фасад. Дом стоит немного в глубине, перед ним есть участок с подъездной дорожкой. Куда мне одной столько места?

Продать?

Замечаю у входа фургон. Интересно, тут живет кто-то? Может быть, слуги...

В животе урчит и я осматриваюсь в поисках кафе. Вокруг в основном магазины, салоны, рестораны. Наверное, нужно свернуть куда-нибудь в боковую улицу. Иду дальше, по дороге любуясь витринами.

Останавливаюсь у ювелирного. Анна писала, что равнодушна к украшениям. Я, кстати, тоже. Уже собираюсь уходить, но вижу мужа, распахивающего прозрачные двери. Рядом идет смеющаяся Шейла.

Они замечают меня, и генерал задерживает на мне взгляд. На его лице нет эмоций, оно каменное. Эх, Рэм, какой же ненадежной оказалась твоя любовь. Или ее и не было?

А вот Шейла ликует и смотрит на меня победно. Получила дорогие камешки за услуги... интимного порядка?

Знала бы она, насколько мне все равно. Я влюблялась недавно в неподходящего мужчину и романтикой сыта по горло.

— Анна, — муж подходит и холодно смотрит с высоты своего роста. — Я направлю к тебе юриста с бумагами. Очень надеюсь, что наш последний разговор не был дурацкой шуткой.

Вот еще один вопрос, который стоит обсудить со своим стряпчим. Не хочется, чтобы меня как-нибудь обвели вокруг пальца при разводе.

— Я сама серьезность, генерал, — скромно опускаю глазки.

10

— Я все еще не могу поверить, — продолжает он и смотрит холодно, — ты год любыми способами затягивала процесс.

Вздыхаю. Я не могу говорить за Анну, и правду сказать тоже не могу. Поэтому смотрю в сторону, натыкаюсь взглядом на Шейлу, оставшуюся стоять в одиночестве.

Девица хмурится и прожигает меня взглядом. Не понимает, зачем генерал столько времени тратит на ненужную жену.

— Возможно, я поняла бессмысленность дальнейшей борьбы с вами? — нахожусь я.

— Очень на это надеюсь, — отвечает он. — Бороться со мной и правда глупо. Смирись и прими то, что я даю тебе.

Я вскидываюсь.

— Что же вы мне такого даете? — наверное, не стоило перечить, но я под впечатлением от дневников.