Вдыхаю мужской запах, сжимаю в пальцах твердый материал мундира. Рэм подхватывает меня на руки и кладет на кровать, а потом покрывает легкими поцелуями живот.

— Сколько я пропустил, — тянет он, поднимая ко мне лицо, а мне кажется, я слышу, как стучит его сердце.

— Я выиграла пари, — отвечаю довольно и ловлю его улыбку.

— Это неудивительно. Ты упорная женщина.

Он ложится рядом и я глубоко вздыхаю. От Рэма пахнет чистотой и мылом.

— Я все искала в газетах упоминания о Рауле. Но там молчание. Его поймали?

— Информация секретная, — горячие губы упираются в висок и сердце замирает. — Но да, его поймали.

— Куда вы исчезли на полмесяца?

— Знаешь, на кону стояли слишком серьезные деньги. Да и репутации. Мы вошли в город, собрали свидетелей, доказательства."

"Его низкий голос звучит невозмутимо, но у меня мурашки бегают по коже. Что они перенесли там, в этом Барнее?

— Они взорвали город, чтобы скрыть следы, но сработал защитный артефакт и накрыл нас куполом. На востоке магии намного больше, чем в Дургаре. Удивительное место, и такое неконтролируемое. В общем, еле выбрались вскрыв защиту. Зато весь список преступников на столе императорского дознавателя.

— Что стало с Эвой? Ты ее видел?

— Эву лишили магии. Но наш мир к женщинам преступницам довольно терпим. Ей дали выбор — или монастырь, или изгнание. Она поехала к тому типу, — Рэм издает тихий смешок. — В общем, к тому несчастному.

— И шансов спастись нет? То есть, у типа?

— Это вряд ли.

Чую, что Рэм что-то недоговаривает и толкаю его в бок.

— Рэм, ты не все рассказываешь.

Он поворачивает ко мне голову и я вглядываюсь в его лицо.

— Меня пытались убить. Но я так хотел вернуться к вам, что частично обратился. Такого не случалось со времен Стародавья.

Я пораженно открываю рот, а Рэм сухо добавляет:

— Было больно. Но забавно.

Понимаю, что он не хочет раскрывать свои истинные эмоции, переводя все в шутку. Но все же не удерживаю вопрос:

— А повторить сможешь?

— Очень сомневаюсь. Но мне дадут медаль, — он многозначительно приподнимает бровь. Тоже мне, шутник!

Вижу, Рэму плевать на медали. Он тянется к моим губам и горячо целует.

— Я присмотрел особняк, — произносит в губы.

— И когда успел?

Мы обмениваемся короткими поцелуями и беспорядочно шепчем, перескакивая с темы на тему.

— До отъезда.

— У тебя шрамы, — помогаю ему стянуть мундир и распахиваю рубашку.

— Они тебя отталкивают? — хмурится он.

Но я поддаюсь вперед и прижимаюсь губами к горячей коже, вспоминая позабытый вкус.

— Это после оборота остались?

Он что-то мычит, а я исследую поцелуями новые отметины на теле мужа.

За окном сыплет снег и я понимаю, что предсказание Инес Фьёрд сбылось. Боги послали мне счастье.

Эпилог

Драконье Древо цветет круглый год.