А все вообще не в порядке! Ничего не в порядке! Тут одним ужином не отделаешься, я что, должна буду его каждый день кормить?

– Леш, это же… боже, сколько я тебе должна?

– Три ужина и сырники на завтрак. – Он усмехается, снимая упаковочный пакет с подушки для животных. – Успокойся, Рапунцель, это подарок. Сама же ты точно не поедешь никуда, а раз пса забрала, то жить ему надо в условиях. С новосельем, Вольт, – говорит он с улыбкой проснувшемуся щенку, и я чувствую, как по щеке слеза катится от этой заботы и внимания.

И мне теперь особенно хочется, чтобы ему очень понравился ужин.

Глава 12

ЛешаЯ не знаю, где эта рыжая так научилась готовить в свой всего двадцать один год, но клянусь, это божественно. Я оторваться не могу. За такую еду я готов ее хоть каждый день спасать, только бы есть по-человечески. Мне кажется, меня даже мама так вкусно не кормила, как Даша. Да простит меня мама, но я готов изменить ее еде.

Я в раю, честное слово. Этот рай из картошки с мясом, котлет, овощей, а еще тортика, который Даша вчера испекла от скуки, как она сама сказала. Очень вовремя испекла! От скуки… человек от скуки печет торты. Мне кажется, Кристина от скуки может пойти только к косметологу, чтобы убрать себе очередную несуществующую морщину.

А тут заскучал человек и пошел торт печь. Ей точно двадцать один? Сейчас в двадцать один девчонки такие… Ну, многие, не все. Но такие, что и палец откусят по локоть, и пиявками присосутся к любому, кто богаче студентов. Как Кристина!

Она пишет мне все время с того момента, как укатила на такси. Телефон обрывает, как будто умер кто-то. Пишет, звонит. Я даже трубку взял, пока в магазин для пса бегал, но лучше бы не брал. Претензии такие, как будто мы были лет сорок женаты, а я, такая сволочь, ее бросил в поле одну и укатил с какой-то другой девицей.

Попалась же… Не, разные девчонки, конечно, у меня бывали, но такая пиявка – это впервые. Или крестик уже сняла бы, или трусы надела. Сначала сама в штаны мне лезет, даже имя не спросив, а теперь закатывает истерики, как будто бы я что-то должен.

Бред.

Она опять звонит. Но мне некогда, я в раю. Отключаю телефон и уплетаю ужин; надеюсь, что не выгляжу как голодающий, хотя, скорее всего, именно так и выгляжу. Ну и похер, если честно.

Мелкая на подоконнике широком в подушках с щенком играется, а я смотрю на нее и понять не могу: зачем я к ней целоваться-то полез?

Оба раза.

Нет, первый ладно, не придумал ничего более шокирующего, да и сработало же, нечего думать. А второй?.. В лоб поцеловал, как на похоронах, честное слово. Зачем?

За-чем?

Я сам не понял ни черта. Походу, вместе с ней уже кукухой поехал, что отчета действиям своим не отдаю.

Просто жалко мне ее. Девчонка молодая совсем, хорошенькая, да и сама вообще как ребенок, а у нее такой пиздец в жизни.