Вообще-то нет! Просто Леша не хотел гулять, а я очень хотела, вот мы и сделали то, чего хотелось мне. И не слишком-то он упирался! А то прям пользуюсь…

– Останемся у меня сегодня? – спрашиваю я, когда едем по городу. Мы кочуем из квартиры в квартиру каждый день, то у него останемся, то у меня. А расставаться не хочется. Правда, пришлось на днях, когда ко мне приезжал папа и изливал душу, что он бедный, несчастный и совсем никому ненужный, потому что характер у него дерьмовый. В тот же вечер Леше по телефону жаловалась мама, что у них с моим отцом, кажется, пробежала какая-то искра, а он сбежал, то ли испугавшись, то ли что.

Короче, недолго думая, Леша пришел к нам с папой, вручил ему адрес дома, где жил в детстве, сказал, что мама любит хризантемы, и закатил глаза, а потом причитал, что они ведут себя как дети малые.

На самом деле так и происходит. Но я не осуждаю никого из них. Папе сложно решиться на что-то. Ему всего сорок пять, хотя он и говорит постоянно, что уже старый. Он никогда не приводил домой женщин после того, как нас бросила мама. Ни разу. Я не помню ни одной. Возможно, у него были какие-то отношения, я даже надеюсь на то, что они были, но… Ни одной. За всю жизнь. И конечно, ему тяжело решиться сейчас на любовь, перекрыв тем самым всю свою привычную жизнь.

А мама Леши… Она рассказывала мне, как сильно любила своего супруга. И как страдала, когда он погиб, стараясь не показывать этого при детях. Я мало что знаю о младшей сестре Леши, она живет в Европе, они не общаются практически, но помню, что Светлана Николаевна рассказывала, как особенно трудно было держаться при дочери, которая росла точной папиной копией. И конечно, ей сложно решиться на что-то новое! Они, как два упрямых барана, не хотят признавать старые чувства и пытаться построить что-то новое. Молодые ведь… тем более в школе встречались долго, нашли, значит, друг в друге что-то прекрасное.

Я бы хотела, чтобы у них получилось. Правда. Это было бы очень мило. И папа был бы счастлив.

– Ой, кстати, Леш, – вспоминаю я, когда проезжаем мимо домов, где живет мой отец. – Давай к папе заедем? Я хочу у него свои детские книжки забрать, у меня есть редкие очень, я бы Поле подарила. Они в хорошем состоянии, думаю, ей понравятся. – Я давно думала об этом. Дочь Леши – невероятная прелесть. Звонит ему вечерами и всегда спрашивает, как дела у ее кудрявой подружки. Прозвала меня уже, мышка. А я не против. Это еще сильнее сближает нас с Лешей, мне нравится. И малышка на самом деле замечательная. Что бы ни было там между Юлей и Лешей – дочь она воспитала достойно. Многим нужно поучиться быть такими мамами…

– Давай, – не сопротивляется мой медведь, сворачивая во дворы. Он теперь вообще никогда не сопротивляется. А еще постоянно говорит, что любит меня, и другие признания.