— Правда глаза колит? А хочешь мы тебя обрадуем еще одной новостью, чтобы ты не вела себя так самоуверенно? — Алина заулыбалась, но эта улыбка едва ли была добродушной, а затем посмотрела на Ларису, которая всё это время тихо и спокойно слушала наш напряженный разговор.

— Я так понимаю, ты свято верила в то, что между тобой и Александром Ломовым что-то есть? — медленно спросила Лариса, как бы наслаждаясь всей этой ситуацией. — Так знай, Герман предложил ему деньги и Саша их с радостью принял с условием, что он больше в твоей жизни не появится. Вот теперь и живи с этим. Герману ты нужна в качестве инкубатора, а своему любовнику не нужна вообще. Должно быть, это мерзкое чувство абсолютной ненужности, да?

Я резко поднялась со своего места, крепко сжав в руках лямки своей сумки. В груди закружилось, будто в водовороте такое странное, болезненное чувство, что стремительно начало разъедать меня изнутри. Слёзы резко обожгли глаза, будто в них попал песок, но я не могла, просто не имела права дать слабину перед этими… людьми.

— Мне вас жаль, — спокойно, насколько это вообще было возможно сделать с раскуроченной от боли предательства грудной клеткой, проговорила я. — Две озлобленные женщины, которые ищут утешение в пускание яда. Никто не виноват в том, как вы живете. И вместо того, чтобы меня пытаться унизить, для начала создайте и сохраните свою собственную семью, — я схватила своё пальто и даже не надевая его, быстро вышла на улицу, где меня терпеливо ждал мой водитель."

"Не знаю, чего во мне было больше: обиды или обжигающей злости. Я села в машину, бросила рядом сумочку и прикусив нижнюю губу, уставилась в окно. Слёзы невыносимо жгли глаза, а странное сдавливающее чувство в груди мешало дышать. Я всё еще слабо верила в то, что Алина оказалась такой, такой… коварной. Сразу вспомнилось наше детство. Всё ведь в нём было не так уж и плохо. Да, я была загружена учёбой, дополнительными занятиями, но с Алиной всегда дружила, общалась, играла. Когда же между нами всё стало настолько плохо?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Вдруг в голове зазвучал голос Германа. Как-то, когда мы отдыхали в охотничьем домике, муж рассказывал мне про свои отношения с братом. Я тогда искренне удивлялась тому, почему у них всё сложилось именно таким печальным образом. А суть ведь оказалась до безобразия, до тошноты проста. Деньги. Всё всегда делается из-за денег. Любят, предают, убивают, забывают из-за каких-то бумажек. Теперь-то я точно поняла всю ту страшную силу, которую в себя таят деньги. Любимая сестра завидовала моему материальному благополучию.