Когда мы с Леной зашли, на сцене уже стояла пара, одетая как для бальных танцев. Кажется, это были ребята из группы переводчиков. Они внимательно слушали Кирилла, который, отчаянно жестикулируя, что-то им объяснял. Сегодня на нем были низко сидящие джинсы, светло-зеленая толстовка и белые, без единого пятнышка, кроссовки. Казалось, сфотографируй его в любой момент – и выйдет идеальный кадр для модного журнала!

Я тихонько вздохнула, стараясь не пялиться на него слишком откровенно. Это просто несправедливо, что такая офигенная внешность досталась человеку с настолько сомнительными моральными качествами!

– Пошли поближе, – дернула меня за руку Ленка, не отрывая жадного взгляда от Царя."

"–Не-не, мне и тут нормально, – замотала я головой и для верности вцепилась руками в спинку сиденья. Одногруппница выразительно закатила глаза и пошла на первый ряд, усевшись там таким образом, чтобы наиболее выгодно показать длинные ноги, которые едва прикрывал подол юбки. Задумывалось это, разумеется, для Кирилла, но он был слишком занят происходящим на сцене, чтобы обратить внимание на Ленкину промоакцию. Зато остальные парни с удовольствием рассматривали аппетитные ноги моей одногруппницы, периодически отпуская сомнительные шуточки. Но Ленка и бровью не вела – сидела с видом королевы. Её выдержке и самоуверенности можно было только позавидовать! Я бы так точно не смогла.

–Группа ЛМ-101! На сцену, – бросил Кирилл, заглядывая в свой список. Вроде и не громко сказал, но как-то так, что все услышали.

Наши девчонки тут же забегали, засуетились. Ленка вытащила из сумочки балетки и переобулась. Ну да, на таких каблуках танцевать – верный путь к перелому.

Вдруг ко мне с решительным лицом подскочила Верка – наша староста:

– Лапшина, выручай! Маринка, оказывается, траванулась чем-то, только что домой на такси укатила. Встанешь на танце сзади, будешь за нами повторять.

Приплыли! Ни за что.

– Вера, я с вами ни разу не репетировала. Вам лучше просто показать без Марины, и всё. Никто даже не заметит, что одного человека нет.

– С ума сошла? Там перестроения на шестерых сделаны. Одну убрать – чё попало будет. Пойдем!

Я отрицательно покачала головой.

– Тебе что, Лапшина, на честь родной группы наплевать?! – в голосе старосты зазвенели патетические нотки, и она обвиняюще ткнула в меня пальцем. – Давай, сиди тут, вся такая правильная, пока мы там позориться будем. Так и знала, что ты эгоистка. Только о себе и думаешь!

Я густо покраснела и встала, снимая с плеч рюкзак.

– Нет, я могу пойти, – пробормотала я, – только вдруг еще хуже получится…

– Все будет ок, – заверила меня моментально повеселевшая Верка и потащила к сцене.