Мои руки были связаны за спиной, а плечи болели. Каким-то образом во сне мои пальцы нащупали четки. Я провела кончиками пальцев по гладким шарикам.

Загадай желание, малыш. - услышала я голос отца в своей голове.

Но четки так не работают. Я знала это лучше, чем кто-либо другой. Вместо этого я держала каждую бусинку и молилась мстительному богу, которому обещала свою душу.

Моему мужу.?

Мы где-то остановились на долгое время, прежде чем снова тронулись в путь. Мне захотелось пописать. Я не могла удержаться, и не сделала этого. Какое мне было дело до того, что я испортила багажник похитителей? Конечно, было неловко, но это была всего лишь биология. Я бы не позволила им заставить меня чувствовать стыд.

Я уже начала думать, что у меня вот-вот кончится воздух, когда мы наконец остановились. Голова раскалывалась от удара, а затем от многочасового отравления выхлопными газами.

Когда багажник открылся, я была не в том состоянии, чтобы драться или делать что-либо еще, но меня грубо выволокли наружу. До меня донеслись смех и насмешки. Может, все-таки потерять сознание было бы предпочтительнее?

Мои колени, пострадавшие ранее от падения в туннеле, больно скребли по гравию, пока они затаскивали меня в здание.

Я огляделась, когда мне удалось подтянуть себя на ноги. Я хотела идти навстречу всему, что надвигалось, а не позволять себя тащить. Это был дом, большой и шикарный. Из окон вдоль одной стены открывался вид на берег и лодки, пришвартованные у частной пристани.

— Поторопись, - гаркнул кто-то сзади и подтолкнул меня вперед.

На стене висела фотография семьи. Белые, представители среднего класса, совершенно обычные во всех отношениях. Я не узнала никого из них.

Мы прошли через двойные двери в огромный холл. Тему загородной роскоши среднего класса продолжили бархатные диваны, камин и искусственные цветы на каждой поверхности. У окна стояла шахматная доска, а над камином возвышался огромный телевизор. Это была совершенно обычное место, которое никак не вязалось с общей аурой насилия, исходившей от мужчины, ожидающего нас там. Это не был мужчина с фотографии снаружи. Он заговорил на быстром испанском со своими людьми, а затем обратил ко мне очаровательную улыбку.

— Миссис Де Санктис, какая честь.

Кастильо. Возможно, тот самый Кастильо. Тот, кого искал Ренато. Он указал на диван.

— Присаживайтесь.

Один из мужчин сказал что-то о том, что я обмочилась, хихикая.

Босс пожал плечами.

— Это не мой диван. Садитесь.

Я опустилась на мягкую поверхность, чувствуя головокружение. Голова сильно болела. Возможно, у меня сотрясение мозга. Я старалась глубоко дышать, чтобы успокоить свои нервы.

— Позвольте представиться, я Хуан Руис Эдуардо Кастильо.

— Я догадалась, - сумела выдавить я сквозь распухшие губы. — Мой муж искал тебя.