Он бы надорвался от смеха, если бы узнал, что Чарли только что загнали в угол два детектива в туалете ее колледжа, или, еще хуже, что моя жена установила жучок в моем кабинете.

Но она также уничтожила устройство и дала отпор полиции. Я никогда не был так горд и, более того, так уверен.

Шарлотта влюбилась в меня, невзирая на здравый смысл.

Она была моей, даже в своей голове.

Она была моей, чтобы спасать, защищать и хранить. Власть была пьянящей. С ней я действительно чувствовал себя богом.

Снаружи декабрьское вечернее небо затянуло от снега, и повсюду летели белые хлопья.

Первый снег зимы. Мимо окна пронеслось красное пятно, и я встал, чтобы выглянуть на улицу.

— Что ж, хорошо. Может быть, к моему приезду появятся buone notizie26 о ребенке?

— Теперь я женат. Пусть это пока удовлетворит тебя. Наследники появятся достаточно скоро.

Я не сказал Zio Сэлу, что медицинское заключение Шарлотты, лежавшее у меня на столе, раскрыло еще один секрет, который маленькая медсестра скрывала от меня.

Уровень ее гормонов в настоящее время был слишком высок, чтобы она могла забеременеть. Ей сделали противозачаточный укол, вероятно, примерно в то время, когда мы познакомились, но она не сказала мне об этом.

Она не давала мне расслабиться и, безусловно, делала жизнь интересной. После того, как я так долго чувствовал себя изможденным и скучающим от своего существования, вокруг меня вдруг появились вещи, которыми я мог наслаждаться. Это была ее заслуга. Мой маленький шар добра и света. Мой ангел, которого можно испортить и развратить. Моя, навсегда.

В небольшом розарии, разбитом под окнами кабинета, Шарлотта и Джада бросали друг в друга снегом. Шарлотта была одета в красную парку, и на ее круглых щеках горели два румянца.

Она рассмеялась, и это было самое чертовски красивое зрелище, которое я когда-либо видел.

Сонни стоял в стороне, выглядя холодным и обиженным. Джада была занята тем, что скатывала маленькие камни в снежки, пока я не постучал по стеклу, и она не послала в мою сторону сердитый взгляд. Я погрозил ей пальцем и указал на Сонни. Никто не бросал камни в мою жену.

— Ты слушаешь? - спросил Сэл мне в ухо.

Джада и Шарлотта атаковали телохранителя.

— Извини, теперь да.

Сэл захихикал.

— Только не говори мне, что непогрешимый Ренато наконец-то пал.

Так ты любишь эту женщину?

— Она моя жена.

Это не было «да», но я и не опровергнул его предположение. У такого мужчины, как я, почти не было опыта в любви, поэтому распознать ее было не в моих силах. До моей маленькой медсестры я никогда не встречал женщину, которую был бы склонен полюбить. Уже один этот факт делал ее исключением.

Я наблюдал, как Сонни пытается увернуться от Шарлотты и Джады, а затем падает на землю.

Смех Сэла затих, и я представил себе его покорное выражение лица.