Не обращая внимания на старания Марфушки удержать ребенка, Лида, сильно перегнувшись, дотянулась до ребенка, выдернула его из ослабевших Марфушиных рук и поставила рядом с собой.

– Стой на месте! – крикнула она сердито. – Шагнешь в сторону – вязни снова привяжутся. Понял?

Ужас в глазах мальчика сменился если не спокойствием, то хотя бы желанием понять, что ему говорит «чудище». Наверное, сообразил, что если оно его спасло, то не собирается губить и впредь.

Теперь хорошо бы образумить Марфушу, которая все еще орала благим матом, билась, погрузившись в топь почти по плечи.

– Скажи ей, что ты стоишь на твердом дне, – приказала Лида Ванятке, рассудив, что его слова быстрее подействуют на Марфушу, чем увещевания «проклятущей ведьмы».

– Мамынька! – закричал мальчишка, мигом смекнув, что от него требуется. – Мамынька, мы на твердом песочке стоим! Чудище меня спасло! Ты не бойся, ты послушай!

Марфуша недоверчиво таращилась на сына и Лиду, потом, видимо, до нее тоже стало доходить, что лучше в самом деле послушать, что ей говорят, чем рваться бестолково.

Лида с трудом стащила с себя платье, промокшее насквозь и липнущее к телу, и крикнула Марфуше:

– Сейчас тебе платье брошу, держись за край, а мы с Ваняткой постараемся тебя вытянуть. Поняла?

– Поняла, – прохрипела Марфуша, и Лида, свернув платье жгутом, метнула конец его в сторону тонущей женщины.

Вытянувшись всем телом, та поймала край жгута и ухватилась за него.

– Ну, Ванюша, теперь давай матушку твою тянуть, как рыбаки сети тянут. Видал? – спросила Лида.

– Видал, – кивнул мальчик, который на диво быстро очухался от страха. – Давай тянуть."

"– Ты только смотри, Ванятка, крепче на ногах держись, – велела Лида. – И старайся с песка ни на шаг не сойти, а то опять увязнешь и матушке не поможешь.

– Не сойду! – решительно мотнул головой Ванятка. – Давай! Тянем-потянем! Тянем-потянем! А ну! А ну-ка!

– Тянем-потянем! А ну-ка! – подхватила Лида, дернув к себе платье изо всех сил.

Марфуша смогла чуть приподняться, после второго рывка еще, после третьего встала на ноги и замерла, тяжело переводя дыхание.

– Иди как по льду! – крикнула Лида, сообразив, что наставления «Искусства сохранять красоту» вряд ли будут поняты Марфушей. – Скользи, а не топай! Поняла? Медленно скользи!

– Мамынька, скользи, да помедленней! – завопил и Ванятка.

Неведомо, кого из них послушалась Марфуша, однако она начала двигаться плавно и медленно. Чувствовалось, что каждый шаг дается с трудом, однако наконец она оказалась рядом с Лидой и схватила сына на руки:

– Ванятка! Ванечка! Родимый мой! Родненький!

– Мамынька! – голосил мальчишка. – Ты не бойся чудища! Оно доброе! Оно и меня спасло, и тебя спасло!

Марфуша кивнула, глядя на Лиду все еще с опаской, но не проронила ни слова.