– Да вы поглядывайте, барыня что-то плоха!

– Сам вижу, – буркнул Протасов, привставая на козлах и крича собравшимся: – Расступитесь! Пропустите!

Толпа послушно разошлась, Лида будто во сне видела людей, которые почтительно кланялись Протасову, а потом вновь принимались разглядывать дорогу, траву кусты, что-то обсуждать… она знала что!

Проехав с полверсты[71], Протасов остановил коня и, держа вожжи туго натянутыми, обернулся к Лиде. Она к этому времени немного пришла в себя, вдобавок успела снова посмотреться в заветное зеркальце и убедиться, что выглядит просто великолепно. И ее несказанно удивили первые слова Протасова:"

"– Возьмите себя в руки. На вас лица нет! Вы даже подурнели.

«Что, он ослеп?! – обиделась Лида. – Или это нарочно? Он на меня все еще зол из-за Марфуши? Но какое значение имеет моя несчастная обмолвка по сравнению с гибелью дядюшки?!»

– Бестолковый народ! – воскликнул Протасов сердито. – Все следы затоптаны! Теперь невозможно понять, что произошло на самом деле! Полиции здесь делать нечего.

– Какие следы? – изумилась Лида.

– По которым можно было бы понять, что здесь на самом деле произошло! – Протасов взглянул на нее, как на дурочку. – Неужели не понимаете? Вижу, что нет… Ну, если вы читаете романы любовные, то я – криминальные предпочитаю, про великих сыщиков.

– Криминальные? – тупо повторила Лида.

– Ну да! Про Эдгара Аллана По слыхали? Про его сыщика Дюпена, про «Убийство на улице Морг»? А Уильяма Годвина читали – «Вещи как они есть, или Приключения Калеба Уильямса»? Главный герой там ведет себя как самый настоящий сыщик. А про Чарльза Диккенса слыхали? Про его роман «Холодный дом», например? Как же интересен инспектор Баккет, который раскрыл убийство юриста Талгхинкорна! Мемуары французского сыщика Видока я читывал с удовольствием… Да мало ли! Предсказываю этому литературному жанру блестящую будущность! Жаль, у нас в России он пока еще не развит, а ведь книги эти полезные, они учат обыкновенного человека развивать свою наблюдательность, выводы делать, сопоставляя факты… Я бы нашу полицию в обязательном порядке заставил про инспектора Дюпена читать и про инспектора Баккета!

– И какие же выводы вы сделали сейчас? – спросила изумленная Лида.

– Какие-какие, – буркнул Протасов, отворачиваясь и снова распуская вожжи. – Странные… неутешительные… Однако их проверить надобно. Пошел, пошел, Альзан, да ходу прибавь!

Двуколка снова понеслась, но уже не с такой одуряющей скоростью, как прежде.

Лида озадаченно смотрела на сильную прямую спину Василия Дмитриевича.