И моему сыну свободы тоже не видать…

На фоне этого знания тот факт, что ко мне скачет муженек, казался не таким уж и неприятным. Ну скачет… Обратно впереди коня побежит.

Раньше, конечно, чем мне бы хотелось. Однако Амадео сразу обозначил, что Радан имеет право видеть сына, и будет приезжать ненадолго, на пять-семь вех (неделя — это многовато, но перетерпеть можно). И даже обещал лично сопровождать герцога в таких поездках.

Мы с ним, конечно, расстались не очень дружественно, однако вряд ли аргерцог по-настоящему желал мне навредить. А если вспомнить, что письмо мы все-таки отправили, и кто-то должен разобраться в нападении на меня и моих людей, то появление гостей обретало смысл.

Не удивлюсь, если с ним и лекарь прискачет. Он, несомненно, утверждал, что мне требуется трехлетний перерыв перед новыми родами, однако не забываем о моем даре… Сроки вполне могут изменить, а заодно снова начать агитировать за улучшение генофонда королевства.

Просто мне хотелось, чтобы это случилось после зимовки, а не перед ней. И уж тем более не в разгар сбора урожая и заготовок, а также на фоне моих экспериментов с эфирным маслом.

И особенно не тогда, когда мои люди воодушевились и стали забывать, каково это — жить под пятой Радана.

Они только-только оттаивать начали, глядя на то, как я забочусь о них."

"После того, как мы худо-бедно обустроили этажи хозяйского дома для всех приехавших со мной, а я в свою очередь с помощью духа осмотрела деревья, которые можно было спилить и использовать для строительства домов (некоторые пришли в полную непригодность, спасибо, какой-никакой фундамент имелся), мы приступили к масштабной стройке в каждой из деревень, а также на территории моего поместья.

Благо народ прибывал, что не могло не радовать. Приходили целыми семьями, порой по пятнадцать человек, где было лишь по паре детей и стариков, а остальные — крепкие мужчины, ладные и не боящиеся работы женщины.

Наличие чудо-коней тоже вносило огромную лепту как в строительство, так и в пахоту и засев полей. Несмотря на позднее начало, мы управились быстрее, чем я даже могла пожелать (знаю, что дух помогал, что сама земля сил придавала, оберегая наши посевы). Однако преуменьшать работу своих людей я не собиралась.

Общее дело, хорошо знакомое простому люду, объединило их, заставило не просто верить в то, что все у них будет хорошо, а уже буквально увидеть, руками потрогать свое светлое будущее.

В первую очередь строились мастерские, ставились печи, облагораживалась заброшенная кузня и даже гончарная (довольно просторная, явно когда-то рассчитанная на большое производство). И не было никого, кто сидел бы, сложа руки. Все принимали посильное участие, вставали засветло, ложились поздно.