— А, может, это признаки абьюзивного поведения? Тотальный контроль и ограничение личной свободы?

Гуля сказала это просто из какого-то детского чувства противоречия. Но мама на ее подначку не поддалась. Она встала и принялась наливать чай.

— Я таких слов не знаю. А если мужчине все равно, где его женщина, то или он — не мужчина, или она — не его женщина.

Нет, с мамой очень трудно спорить!

— Булат передавал тебе привет.

— И мать жены уважает! — мама поставила чашки на стол. — Что это, если не любовь?

Нет, с мамой спорить попросту невозможно!

***Булат встречал ее у дверей.

— Что это у тебя? — он забрал из рук Гульнары объемистый пакет.

— Мама передала тебе.

— Что передала?

Гульнара вздохнула."

"— Еды. Термос с лагманом, кутабы, кюфта. Все для любимого зятя.

Бровь Булата выразительно поползла вверх.

— Ого. Это кстати. Я не ужинал, тебя ждал.

Гульнара хотела сказать, что в этом не было никакой необходимости — не ужинать без нее. А потом к ней пришло воспоминание из детства — что мама никогда не ужинала без отца. Их с братом кормила, если было уже поздно, отправляла спать. А сама ждала отца. Во сколько бы он ни пришел домой. Это казалось Гуле ненормальным. Но то, что Булат не ужинал без нее, казалось еще более ненормальным.

— Передавай огромное спасибо Танзиле Ильмановне. Впрочем, не надо. Я сам ей позвоню.

— Хорошо, — растерянно отозвалась Гульнара. — Пойдем? Ты будешь ужинать, а я попью чаю, — она виновато улыбнулась и добавила: — Уйти от мамы голодной невозможно.

— Я понимаю.

***Гульнара пила васильковый чай и смотрела, как Булат ужинает. И со всех сторон крутила неожиданную мысль. Она еще в первый свой вечер в статусе жены заявила Булату, что не потерпит никаких посторонних женщин на своей кухне. Но ничего не сделала для того, чтобы эти слова стали реальностью. А кухня Булата так и не стала ее.

К ним в дом продолжала приходить какая-то женщина. Булат сказал, что она работает у него уже несколько лет. Приходит не каждый день, три раз в неделю. И готовит еду. И всю минувшую неделю так и происходило. Гуля ни разу не видела этой женщины, она приходила, когда они оба — и Гульнара, и Булат были на работе. А в выходные она не приходит.

Вся эта ситуация нешуточно озадачила Гульнару, и она задумалась настолько, что вздрогнула, когда ее окликнул Булат.

— Налить тебе еще чаю?

— Да. Пожалуйста.

— У меня завтра приемный день. Но воскресенье все наше. Если у тебя какие-то предложения, я готов их выслушать.

М-м-м, Булат Альтаирович умеет формулировать.

— Я подумаю.

— А ты что будешь делать завтра?

— Высплюсь. А потом… — Гульнара вдруг поняла, какой у нее план на завтра. — Потом планирую встретиться с подругами. Или, может, заеду к отцу. Если ты не против, — зачем-то добавила она.

Булат пожал плечами.

— Я не против.