Поэтому я принял единственное верное, на мой взгляд, решение – вывести свою долю капитала из их проекта и заняться чем-то другим.

Вернуться домой и открыть сеть фитнес-клубов. Я давно горел этой идеей, и вот, наконец, у меня появилось все для реализации своей мечты.

Я делаю еще одну затяжку, чувствуя, как голова начинает хмелеть от никотина. На языке разливается неприятная горечь.

Тушу окурок в алюминиевой банке, оставшейся здесь еще с черт знает каких времен. Мама так и не стала продавать свою квартиру. Не знаю почему. Боялась, что ничего не получится с новым мужем? Хотела иметь свой независимый уголок? Страховалась на всякий случай? Или не желала расставаться с прошлым?

В отличие от меня, она цепко держалась за старые воспоминания.

Хранила ненужный хлам, одежду, фото, связывающие ее жизнь с периодом до второго замужества.

Поначалу мама даже сдавала эту квартиру, отправляя меня проверить состояние жилья и поведение квартирантов.

В один из таких приездов в родной город я и пересекся в ночном клубе с Яной. Смешно, но она меня не узнала. Хотя не этого ли я добивался, меняя внешность, имя, привычки? Не об этом мечтал, когда стремился стать другим человеком?!

В какой-то момент мне даже показалось, что я этого добился.

Пока чувства и воспоминания не всколыхнули в душе все то, что я так старательно пытался похоронить. После одной-единственной встречи.

Как оказалось, от себя убежать не получится.

Меня опять накрывает ностальгия воспоминаний. Прямо напротив находятся окна, свет в которых я отслеживал с фанатичной настойчивостью, порой просиживая часами в ожидании своего путевого огонька.

Как давно это было. И почти не со мной. Только почему до сих пор больно под ребрами и что-то мешает дышать?!

Чтобы отвлечься, я достаю телефон и набираю номер Риты.

Она обещала приехать в ближайшую неделю.

– Привет, Эдди! – слышу ее довольный голос в трубке. – Прости, совсем закрутилась. Времени даже на сон не остается.

– Как твои дела? Я соскучился, – говорю механическим голосом, понимая, что откровенно вру. Но при этом не чувствую никаких угрызений совести.

Мне нужно переключиться на реальную жизнь.

За время нашей вынужденной разлуки я вспоминал о Маргарите не более двух-трех раз.

Да и то когда дело касалось планировки ее комнаты для тренировок.

– Я тоже скучаю! – отвечает она тем же беззаботным тоном, в котором нет и намека на сожаление. – Сейчас разберусь с налоговой, со всей этой бюрократией с документами – и можно уже думать о переезде.

– Я пришлю тебе эскизы ремонта квартиры. Посмотри на досуге, может, что-то захочешь изменить. Ну и по твоей студии под йогу.

– Да, конечно! Кидай на вотсап.

– Насчет детской есть какие-нибудь пожелания?

Рита задумчиво вздыхает."

"– Не знаю пока.