Как и почти всё, что было между нами, он спутался с сомнениями, повис в этой кухне, этом доме, эхом отлетел от призрачного прошлого. Могли бы мы продолжить? Наверное. Только вряд ли здесь и сейчас это хоть что-то изменило бы. Время. Мне действительно нужно было время. Хотя бы немного времени. Нужно ли оно было Олегу? Этого я сказать не могла хотя бы потому, что всё ещё точно не знала, чего ждать. Как не была уверена и в том, где он, со мной или в этом самом призрачном прошлом.

— Можем, — я осмотрела кухню. Остановилась на осколках бокала, так безжалостно уничтоженного Олегом.

Подавила вздох.

— Я уберу, — проследив за моим взглядом, коротко сказал он и, не успела я ничего ответить, вышел.

Вернулся почти тут же, принеся с собой щетку и совок.

— Дай я, — попыталась забрать их у Олега, не совсем представляя его в роли горничной, но он лишь отмахнулся от меня и принялся собирать разбитое стекло.

Наблюдая за ним, я раздумывала над тем, стоит ли задать последний из мучавших меня на данный момент вопросов. Разговор был окончен, однако я понимала — произошло это на сей раз скорее из-за меня. Момент для откровений нещадно удалялся и… скажет ли он мне теперь?

— Олег…

— Что? — открыв дверцу под раковиной, он высыпал осколки из совка.

Кинул его на пол вместе со щеткой и прямо посмотрел на меня. Так, будто чувствовал, что окликнула я его не затем, чтобы пригласить к столу или спросить, о чем-то незначимом.

— Скажи мне, в какой момент ты решил отказаться от своего плана? — голос мой дрогнул. Оперевшись одной рукой о стол, я старалась быть сильной, но под острым взглядом Олега снова растерялась. Ещё месяц назад я бы, может быть, так и не договорила. Месяц назад, только не сейчас.

Собравшись, я всё-таки продолжила: — В Калининграде? Или позже?

— Почему не раньше?

Олег напрягся. Захлопнул всё ещё приоткрытую дверцу шкафчика. Не отводя взгляда, едва заметно прищурился, поджал губы.

— Ты говорил о мальчике… Ты хотел, чтобы у меня был сын.

— Хотел, — не возразил он. Ответил уверенно, как и говорил до этого, даже жёстко. — И сейчас хочу, Алина, — снова он оказался рядом, лишая меня возможности дышать. — Но это не значит, что я желал отобрать у тебя его.

— Так когда?! — почти истерично воскликнула я. — Когда, Олег?!

— В вечер банкета, — голос его прозвучал тише.

— Точнее… — уголок рта чуть приподнялся. — Тогда я окончательно понял, что не смогу. Мальчик у тебя был бы или девочка… по сути, это не изменило бы мой план. Мне нужен был ребёнок. Вот и всё, что мне требовалось от тебя. Но в тот вечер…

— Ты наговорил всё это… — сглотнула ком, едва сдерживая вновь готовые покатиться слёзы.

— Чтобы ты ушла. Ушла и никогда не возвращалась. Во мне шла внутренняя борьба. Я терял Аню, но обретал тебя. Обретал тебя и терял Аню… Я не знал, как мне быть.