Интересно, что случилось? Наверняка бабуля позвонила и сообщила, что приедет раньше.

– Что скажет Алла Константиновна? – поинтересовался Миша, поглядывая на меня сбоку.

– Если ба узнает о вечеринке, нам не жить, – сказала я. – Но, если честно, думала, будет хуже… Хотя бы дом не спалили, и на том спасибо.

Миша рассмеялся.

– Стас еще со старших классов устраивает подобное. Благо родители и бабуля часто в разъездах. Обычно наутро вызывает проверенную клининговую компанию, чтобы устранить все последствия бурной вечеринки. Ну и нас с Ангелиной, конечно, к уборке подключает, не без этого…

Я тяжело вздохнула.

– Могу вам помочь, – толкнул меня плечом Миша.

Я посмотрела на него с благодарностью. Из колонок продолжала негромко литься музыка.

– А теперь покрутимся вокруг своей оси? – со смехом предложил Миша.

Я только смущенно прикрыла лицо ладонями.

– Боже, ты вспомнил тот дурацкий флешмоб! – простонала я. – Ну зачем?

– Почему ты тогда не танцевала? – став вдруг серьезным, спросил Матвеев.

– Потому что это глупо! – пожала я плечами. – Я и Паше в тот раз сказала, что это просто детский сад.

– Но ведь это тоже своего рода встряска.

– Хватит меня «трясти», – рассердилась я. – Ты не можешь принять меня такой, какая я есть?

– А я не знаю, какая ты есть, – честно сказал Миша, пятясь в сторону опустевшей барной стойки и одинокого диджейского пульта. – А «трясти» мне тебя нравится… Ты как холодная баночка с колой. Хорошенько встряхнуть и: «Пшш-ш» – сладкий вкусный сироп. Мне кажется, что ты и сама о себе много не знаешь.

– О чем ты? – насторожилась я, следуя за Матвеевым.

– В тебе есть чертики, Ульяна, – рассмеялся парень, – много чертиков. Выпусти их уже наружу!

– И для чего это? – искренне не понимала я, зная, что на самом деле нет во мне никаких чертиков.

– С ними веселей, – отозвался Миша.

Дойдя до импровизированного танцпола, Миша забавно задвигался, повторяя движения из уже ненавистного мне городского флешмоба.

– Ну же, Уля! Повторяй! Прекрати зажиматься.

Я снова встала в привычную стойку, скрестив руки на груди. Нет, нет, нет! Ни за что! Почему они вообще пристали ко мне? Вот пусть с Долгих друг с другом и пляшут. Два танцора!"

"– Мне и зажатой неплохо живется, – отозвалась я, – хватит с меня угона маминой машины.

– Но ты же ее не разбила, не поцарапала…

– Еще чего не хватало! – фыркнула я.

Миша, пританцовывая, направился в сторону бассейна. Я, словно змея, завороженная звуками флейты, поплелась вслед за Матвеевым, попутно переступая через разбросанные по газону пластиковые стаканы.

Парень остановился у самого края большого бассейна.

– Теперь ты куда, просто Миша? – угрюмо поинтересовалась я.

– Искупаемся, Ульяна Шацкая? – вопросом на вопрос ответил Матвеев.