Растрепанные после сна кудрявые волосы, нахальная ухмылка… Все это он говорит мне назло, чтобы вывести из себя.

– Решила помочь хорошему парню! – я постаралась сказать это с максимально невозмутимым видом.

– Тебя вообще можно вывести на эмоции? – озадачился Матвеев.

– Зачем тебе это?

– Просто интересно, – пожав плечами, ответил Миша.

– Я такая, какая есть. И меняться не буду.

– О’кей! – согласился Матвеев. – Ты нравишься мне любой.

Я подошла к кровати, схватила подушку и запустила ее в Мишу – точно так же, как вчера в Гелю. Да, не избавиться мне от этой привычки – бросаться мягкими предметами в людей.

Даже разбившаяся ваза ничему не научила… Миша поймал подушку и кинул в меня. Я даже увернуться не успела. Подушка обидно впечаталась мне в лицо.

– Я не буду снова ее в тебя кидать, – поправляя растрепавшиеся волосы, сообщила я. – Детский сад!

– А ты вроде как взрослая? – насмешливым тоном уточнил Миша.

– Вроде как! – дернула я плечом.

– Забавно это слышать от девчонки в пижаме с Микки Маусами.

– Чем тебя моя пижама не устроила? – притворно возмутилась я.

Миша негромко рассмеялся.

– Тогда, раз ты у нас такая взрослая, может, займемся взрослыми делами? – продолжил издеваться надо мной Матвеев.

Удерживая подушку в руках, я запрыгнула на кровать и принялась лупить парня. Миша ловко перехватил мои руки и притянул меня к себе. Тогда я, смеясь, начала сопротивляться. В этой шуточной борьбе мы покатились по кровати и рухнули на пол. Так нежданно я оказалась под парнем. Когда его горячая ладонь скользнула под мою майку, коснувшись живота, по телу пробежали мурашки. И смеяться в голос резко перехотелось. Мы прекратили бороться и уставились друг на друга.

Клянусь, в ту минуту в мой затуманенный разум прокралось желание, совсем мне не свойственное… Хотелось немедленно схватить Мишу за футболку, притянуть к себе и первой…

В дверь кто-то постучал, но мы с Мишей даже не шелохнулись. Так и продолжили лежать, глядя друг другу в глаза. И настойчивый стук вдруг стал глухим, далеким… Хотелось продлить этот момент хотя бы на несколько секунд.

– Да я это, господи! – послышался раздраженный голос Гели.

– Сам Господь к нам пожаловал, – не отрывая от меня взгляда, проговорил Миша.

Я засмеялась и осторожно выбралась из-под парня.

Ангелина продолжала возмущаться из-за двери:

– Уля, открывай уже! На этаже никого нет.

Я распахнула дверь, и младшая сестра вихрем влетела в комнату.

– Ты чего так долго не открываешь? Дрыхнешь до сих пор, что ли? Чем вы тут занимаетесь?

– Ну а чем могут заниматься взрослые люди? – назло мне спросил Миша.

Ангелина с недоумением уставилась на нас.

– Не слушай его! – махнула я рукой. – Он проверяет, можно ли вывести меня на эмоции.