Я получала сполна от обоих родителей, и если бы его изначально пошли другим путём, всё могло бы быть совсем иначе. Я не беспокоюсь о том, что Олег так же может поступить с моей мамой – вижу, что он её любит, а тот брак был скорее для галочки, по залёту или ещё непонятно зачем. Да, малодушно и глупо, поняв это, мучать обоих, но слабость характера – не одно и то же, что намеренная подлость.

Мне не всё равно. Что-то переворачивается в груди, я не хочу позволять Глебу утопать в душащих его эмоциях. Но что мне делать? Продолжить тему, как-то поддержать?..

А кто мы друг другу? Сегодня что-то изменилось?

– Твоя очередь, – невозмутимо выдаёт Глеб.

Ощущение, что момент упущен, настолько пробирает, что я не выдерживаю. Чуть подаюсь к нему и проникновенно утверждаю:

– Я никогда не врала тебе, – в первую очередь, имею в виду тот момент возле подъезда, когда сказала Глебу, что мне жаль, что всё так получилось с его мамой.

Говорю, и в голове именно этот момент. Настолько ярко, что не сомневаюсь, что братец прочувствовал и уловил.

Он хмыкает и ухмыляется. Но я не теряюсь от такой реакции. Не знаю, почему, но чувствую, что это пренебрежение скорее напускное, за ним прячется другое. Обнажать это не стремлюсь, мне главное, что я смогла до него донести свою искренность. От этого уже как-то легче на душе.

Пауза немного затягивается, а я думаю о том, что Глеб ведь тоже не выпил. Он не врал мне? Учитывая тот запрос, который вводил в машине, это кажется немного удивительным.

Задумываюсь, прокручиваю в голове моменты… Хотя да, по сути, лжи и не было, по крайней мере, не похоже. Глеб умудрялся где надо, просто оставлять недосказанность, но при этом и не обманывать. Да и…

Ой.

Тут я вспоминаю, что выпалила ему тогда, в бассейне. Я назвала Кирилла своим парнем. Но ведь он им тогда не был, да и сейчас не факт, что у нас уже есть отношения. Мы этого даже не обсуждали… А я заявила, что он мой парень и что у нас всё замечательно.

Получается, я врала.

Напряжение охватывает настолько ощутимо, что, наверное, и Глеб замечает. Умом понимаю, что учитывая предыдущую тему, лучше не пить, но рука с бокалом сама тянется ко рту.

И вот почему, когда не надо, я блестяще вру, без заминок и сомнений, а сейчас, когда лучше сохранить лицо, не могу?..

Глоток уже сделан. Глеб не реагирует, но я почему-то не сомневаюсь, что меня презирают.

Он смотрит слишком пристально, но в то же время словно сквозь.

– Я не про то, – с трудом узнаю собственный голос.

Глеб усмехается.

– Моя очередь. Я никогда не прыгал с парашютом."

"Он уверенно пьёт, а я мнусь. Конечно, я не прыгала и пить не должна, но меня как-то напрягает, что Глеб не позволил мне пояснить предыдущее, да и продолжил игру нейтральной темой.

Ведь я больше не чувствую прежнего расслабления.