Караван начинал выстраиваться, готовясь начать движение.

***

Все то время, пока я нахожусь в этом мире, решения за меня принимал кто-то другой, я просто плыла по течению.

Видимо это время закончилось, а решение в мою голову не пришло. Снова очень захотелось обронить слезинку и

пожалеть себя. Последние время я стала замечать, что реагирую на события не по возрасту души, а по возрасту

тела. Все помню, все мои знания и навыки при мне, знания моего тела тоже уже воспринимаются как свои, а вот

рефлексы, чувства и эмоции все больше и больше соответствуют биологическому возрасту. Понимаю, что за это

время приняла этот мир, и мир принял меня, что от москвички Елены осталась ровно половина сущности. Мир

подстраивает меня под себя, и я не возражаю.

Сидя в повозке, думаю о том, что нужно начинать принимать решения самостоятельно. Не стоит надеяться, что вот

там, за поворотом, меня ждет Алекс, который примет на себя заботу обо мне и окружит любовью. Надеяться на

скорую встречу глупо, тем более я не знаю, кто он в этой жизни и как выглядит.

Осознав все это, я вытерла нос, смахнула слезы, которые оказывается уже текут у меня по щекам, и приняла

решение: при первой же возможности незаметно покинуть караван, найти учителя по боевым искусствам, учиться

защищать себя, развивать те слабенькие магические способности, в наличии которых я недавно убедилась. Выжить.

Найти Алекса и надрать ему уши. За что? Найду за что».

Притворять мой план в действие пришлось уже через пару часов. Свой мешок я приготовила еще утром. Сложила в

него немного пресных лепешек, крупы, соли, ложку и маленький котелок, который мне подарил Ермаш, заметивший, чем я занимаюсь. Сменная одежда лежала в мешке всегда. Уйти я собиралась завтра, потихоньку

отстав от каравана в небольшом городке, но жизнь как всегда все расставила по местам.

Вставшая очень рано и вымотанная переживаниями, я незаметно для себя задремала. Проснулась от криков людей, звона оружия и ржания лошадей. Выглянув из фургона, увидела, что на караван напали разбойники! Стража и все

остальные мужчины, умеющие обращаться с оружием, защищались. Остальные, стараясь не мешаться под ногами, прятались под телеги и крытые повозки.

Выскользнув из фургона, я прихватила с собой свой вещевой мешок, решив, что лучшего момента уйти из каравана

незаметно может больше и не представиться. Главное никому не попасться на глаза, ни разбойникам, ни

попутчикам, ведь я так и не увидела лица тех двоих, собирающихся на мне подзаработать. На мое счастье в том

месте, где остановился наш фургон, лес вплотную примыкал к дороге. Бой сейчас шел чуть в стороне. Помочь

сражающимся я ничем не могла, поэтому скользнула под ближайший куст, прижимаясь к земле.