Честно говоря, не хочу видеть. Достаточно его развязного племянника.

– Вот и хорошо, что не хочешь!

В холле послышался топот маленьких ножек – Маша и Саша торопились на завтрак. В своих пижамах и детских тапочках-единорогах, с едва приглаженными темными волосами, они были похожи на фарфоровых куколок.

– О, каша… – забравшись на стул, Маша подавила разочарованный вздох. – Чем это тебе не нравится моя каша? – Ярослава угрожающе приподняла тщательно выведенную у стилиста бровь.

– Не люблю овсяную… Мам! Ну, почему овсянка?

– А я люблю!

Пухлые губки Саши расплылись в радостной улыбке, и она уверенно взяла ложку.

– Так, юная леди, ешьте, что подано! – Ярослава бросила в Машу испепеляющий взгляд. – Иначе отправитесь в детский сад голодной!

– Там тоже будет каша, – скривившись, Мария взяла ложку и принялась смешно давиться нелюбимой овсянкой. – Мам, положи мне сахар!

Улыбнувшись, я придвинула дочкам булочки с джемом."

"– Я положила достаточно сахара! Если есть его слишком много, испортятся зубы. По-моему, в последний раз у стоматолога мы с твоей матерью держали тебя вдвоем! – топнула ногой тетка.

Щелкнула кофемашина, сообщая, что готов ароматный кофе.

Накладывая кашу себе в тарелку, краем глаза я заметила Машу, которая упорно потянулась к сахарнице за теткиной спиной. Саша испытующим взглядом молча следила за сестрой. Видимо, ей было интересно, удастся ли Марии утащить ложку сахара.

«Отчаянная», – мелькнула у меня мысль.

Одна, вторая, третья… Тетка резко обернулась. Вздрогнув, Маша выронила полную ложку сахара из ловких маленьких ручек.

– Я же сказала, сахара и так достаточно! – всплеснула руками Ярослава. – Ты что, хочешь стать толстой?!

– Как ты? – отчаянно сгребая маленькими ручками сахар в кучку, Маша окончательно перепачкалась.

– Я что, по-твоему, толстая? – округлила глаза Ярослава.

– Так, все. Маша, быстро пошла в ванную комнату отмывать липкие руки! – я со стуком поставила на стол свою порцию каши и строго взглянула на дочку.

Нахмурившись, маленькая вредина выбралась из-за стола и гордо затопала в сторону ванной комнаты.

К тому времени, как у молчаливой Саши тарелка была пуста, Маша все еще кривилась над своей порцией каши.

– Ты будешь есть, или нет? Мы опоздаем! – взорвалась я.

– Она слишком сладкая, эта каша! Меня от нее тошнит, мам!

– Больше не буду для тебя ничего готовить, – обиженно фыркнула Ярослава, и первой поднялась из-за стола. Из наших двойняшек Мария была ей ближе, чем спокойная Сашенька, но ее вредность частенько доставляла нам хлопоты.

– Даже булочки? – испугалась Маша.

– Даже булочки! На всех испеку, а ты сама для себя их пеки, раз ты такая умная!

Широко распахнув глазки, наша Маша начала уверенно давиться овсянкой.