Убирать и готовить девушка никогда не любила, да и в отношении парней мы были разных взглядов, но, несмотря на огромное количество различий, всё равно продолжали дружить.

– Пойду, разбужу Стешку, – говорю, выключая комфорку под кастрюлей с овсянкой, и выхожу из кухни.

К моему удивлению, девочка уже не спит, смотрит огромными глазищами в потолок и медленно хлопает ресничками.

– Доброе утро, моя конфетка, – чмокаю в щёчку сонного ангелочка, – выспалась?

Стешка неуверенно кивает, но в ответ не говорит ни слова. Как и всегда.

С горечью вздыхаю, вспоминая, как ещё полгода назад эта прелестная малышка щебетала без умолку, и слёзы подступают к горлу. Усилием воли давлю в себе этот эмоциональный порыв: ни к чему при ребёнке лить слёзы, их и так в её короткой жизни было предостаточно.

Спустя сорок минут накормленные и одетые мы стоим на пороге Маринкиной квартиры и ждём, когда подруга закончит с макияжем.

– Там это, – произносит девушка неожиданно, – внизу машина….

Она виновато опускает глаза и смотрит в пол, словно ищет там что-то интересное.

– В смысле? Мы же договорились, что на автобусе поедем, ты такси что ли вызвала? – растерянно развожу руками.

Экономия у меня сейчас на первом месте, поэтому исключительно общественный транспорт или пешие прогулки.

– Не совсем… это мой новый парень, – отвечает довольно тихо и практически по слогам. Словно не я у неё тут с ребёнком поселилась, а она ко мне в гости пришла и теперь извиняется за то, что потревожила.

– Который по счёту? – прищуриваюсь, усмехаясь, но тут же прогоняю ненужные мысли. Это не моё дело, с кем и как проводит время Марина.

***

К счастью, очередь в поликлинике небольшая, и через пятнадцать минут мы уже заходим в кабинет педиатра.

– Сколько лет? – после осмотра пожилая женщина-врач задаёт стандартные вопросы.

– Почти четыре, – отвечаю, с улыбкой глядя на светловолосого ангелочка.

– Полных лет! – педиатр повышает голос, отчего я непроизвольно вздрагиваю. Давно не была на приёме у врачей и забыла, какими они могут быть грубыми.

– Три, – произношу потухшим голосом. Желание находиться в этом кабинете угасает с каждой минутой, и я очень надеюсь, что в скором времени нас отпустят.

Минут пять врач молча пялится в документы и что-то старательно заполняет в Стешкиной карточке.

– В сад ходите?

– Нет, мы недавно в городе. Не успели ещё, – отрицательно качаю головой.

– Ма! – произносит малышка, дёргая меня за подол лёгкого бледно-розового платья.

– Что такое, солнышко? Пить хочешь? – протягиваю её открытую бутылку с водой.

Девочка жадно присасывается к пластиковому горлышку.