Даже странное происшествие в Храме не повлекло никаких негативных последствий. Возможно троица адептов действительно посетила Храм просто так?

Голые факты, лишённые моей предвзятой оценки, упрямо твердили, что всё хорошо.

Второе, на что указывал разум – я король, и мне нужно заниматься делами. Ведь существует часть вопросов, которые никто кроме меня не решит.

Именно с такими мыслями я начал это утро и, буквально впихнув себя в кабинет, уселся за важные бумаги. Портрета Филинии Сотнор здесь уже не было, его убрали в самую дальнюю комнату моих покоев. Тем не менее, не вспомнить про полотно я не мог.

Магия пусть медленно, постепенно, но уходит. А вокруг девушки на картине целый рой магических семян.

– Очень интересно, – пробормотал я и решительно отбросил мысли о Маргарите.

Просмотрел один отчёт, второй, третий… А потом ко мне заглянул секретарь с ожидаемым, в общем-то, сообщением:

– Ваше величество, лорду Паору стало хуже. Лекарь велел пригласить священника.

Я не выругался лишь потому, что ситуация была закономерной. Да, маги живут дольше простых смертных, но никто не вечен. Лорд Паор, бывший когда-то правой рукой моего отца и долгое время служивший старшим советником уже при мне, не исключение.

Вероятно, вцепись Паор в эту жизнь зубами и когтями, то победил бы болезнь, но лорд не хотел.

Он устал.

Увидеть смену нескольких эпох, долгое время стоять у руля большого королевства, нести ответственность за жизнь множества людей – это действительно сложно.

Итог был закономерен и понятен, однако прощаться с Паором я всё равно не хотел.

Чтение ещё одной короткой сводки, и я поднялся – отправился к покоям бывшего советника. Вошёл в затемнённую спальню, наполненную острыми запахами лекарских зелий, и приблизился к кровати.

Невзирая на полное изнеможение и практически слепоту, меня узнали:

– Георг? – скрепуче позвал Паор. – Это ты?

Я подхватил его холодную шершавую ладонь, сжал.

– Георг, – губы старика дрогнули в улыбке.

Паор посвятил службе всю свою жизнь, семьёй так и не обзавёлся, хотя имел множество фавориток. У него оставалась родня из боковых линий, роскошный замок в собственности, но жить он по-прежнему предпочитал здесь, во дворце.

Я не возражал. Какой-то частью души до последнего надеялся, что Паор воспрянет.

– Недолго мне осталось, – прозвучало и грустно, и одновременно оптимистично. – Но ничего. Говорят, что смерть – это не всегда конец.

Я невесело улыбнулся и, конечно, вспомнил недавний разговор с Флорией. Паор был не просто сильным, а одним из сильнейших магов. Возможно семя его дара вернётся в род, к непрямым, но всё-так потомкам. А если нет?

Вспомнились и собственные размышления о том, как можно сохранить семена, но попросить лорда прямо сейчас отдать магию язык не повернулся.