Не помню, когда в последний раз пил что-то из алкоголя, но благодарные родственники пациентов упорно приносили звенящие пакеты чуть ли не каждый день. Дома их складывать некуда, а пить не с кем. Близкие друзья, спасибо жёсткому графику начальника отделения, остались, дай бог, хорошими приятелями. А единственного близкого человека я не смог уберечь.

Юрий Дмитриевич Мирзоев совсем немного не дожил до своего шестьдесят девятого дня рождения. И ведь совсем недавно он шутил, что не собирается помирать в таком пошлом возрасте. Внуков ждал, которых я ему дать так и не смог.

«Димка, вокруг тебя каждый день столько беременных женщин, и хоть бы одна от тебя была!» — журил меня он.

Если бы всё было так легко. Сунуть-кончить не проблема. Проблема найти в кого. Времени на личную жизнь катастрофически не хватало. Да и не каждая девушка справлялась с ревностью и выдерживала мой бешеный график, ведь я практически жил на работе.

Мои самые долгие отношения продлились четыре месяца и закончились некрасивыми сценами ревности и обвинениями в надуманных изменах. Объяснять, что меня физически не тянет трахать каждую пришедшую на приём женщину, в таких случаях бесполезно.

Поначалу я пытался говорить и оправдываться, а после плюнул и забил.

Отец моё увлечение медициной поддерживал и очень мной гордился, хоть и сокрушался, что я не пошёл по его стопам. Сейчас, после его смерти, похоже выбора у меня не останется и придётся вливаться в доставшийся по наследству бизнес. Благо, есть кому помочь разобраться в деталях.

Сорок дней выпали чётко на новый год, который я предпочёл провести на дежурстве. Так себе праздник вышел. Я уже не помню, когда последний раз ощущал его магию.

Кажется, я утратил эту способность, когда мамы не стало. Отец был для меня всем. Теперь нет и его.

В дверь кабинета руководителя «Мир-Групп» постучали."

"— Доброе утро, Дмитрий Юрьевич, — поздоровался со мной Михаил Сергеевич Баринов — правая рука моего отца, а ныне временно исполняющий его обязанности. — Вы не забыли, что сегодня у вас встреча акционеров «ФИС Гранд»?

Я поморщился.

— Михаил Сергеевич, ну что мне там делать? Я же почти ничего в этом не смыслю! — лукавлю, конечно, и Баринов об этом знает.

— Пожалей, старика, Дим, — посмотрел с укором, переходя на ты.

— Не люблю я все эти собрания. Тебе всё привычнее. Ты молодой, у тебя отцовская хватка. А я лучше здесь с бумажками поковыряюсь. Всё пользы больше.

— Скажете тоже, старик, — фыркнул я, — по классификации ВОЗ, вам ещё два года до старости, если ничего не сдвинут, как с пенсионным возрастом. Да и не выглядите вы на свои пятьдесят восемь, Михаил Сергеевич. Так что не прибедняйтесь. Ещё молодым фору дадите.

— Ох и льстец, — покачал головой. — Нет уж, езжай. Машина с водителем ждёт внизу.