Она и не догадывалась, что так детально запомнила тот разговор с братом. Их фразы буквально висели в воздухе, она даже слышала интонации и тяжелые паузы... Так странно, это место оказывается сохранило их - сохранило Виктора, его заботу и его смятение, и ее предчувствие. Ведь тогда она впервые открыто призналась ему в своих страхах. Впервые сказала, к чему все идет. И еще  произнесла ужасное слово. «Похороны». Не стоило.

Анна открыла дверь и спрыгнула на землю. Она посмотрела на машину брата, которую теперь водила, не смотря на протесты Марка. Не смотря на еще большие протесты Севера.

Он даже запирал ее в гараж и приходил с явно отрепетированными речами. Север хорошо знал ее брата и, наверное, теперь чувствовал ответственность. Но Анна все-таки настояла на своем, она отвоевала черную тойоту с пошлыми тремя семерками на номерах.

Чтобы отмерить шаги, она пошла к камню. Становилось совсем холодно и темно. Она включила фонарик в телефоне и подсветила себе дорогу. Из-за недавнего дождя кроссовки утопали в влажной почве и с трудом вырывались из трясины. Анна подумала, что будь здесь брат, он бы уже не выдержал ее неловких стараний и, погрузив на плечо, понес бы дальше на себе.

Глава 12

Время шло. И времена ей становилось легче, но именно, что временами. Она ни с кем не говорила о найденном тайнике, а продолжала привыкать к жизни Марка. Быть при нем и бывать в его местах. Например, в его клубах.

— Анна, — перед ней нарисовался управляющий. — Здравствуйте.

Ему пришлось согнуться пополам, чтобы оказаться у ее уха. Ей даже подумалось, что может стоило обуть каблуки, чтобы не мучить так человека.

— Я провожу вас в зал.

Странно, как много людей теперь узнавало ее в лицо.

Она вдруг представила себе информационную рассылку со своей фотографией и припиской «новая девушка босса», а, быть может, даже брифинг по такому поводу устроили.

Ночной клуб гудел от вибраций. Лучи выжигали яркие пятна на одеждах, по полу стелился розоватый дым, а экраны истеричной морзянкой транслировали похоть. Видеокадры молниеносно сменялись, наталкиваясь друг на друга, и раздражали глаза.

Анна опустила взгляд на руки, которые облепила мерцающая мишура, она попыталась стряхнуть ее, но тщетно.

Все раздражало. И становилось нестерпимо душно и громко, все-таки клубы невозможно выносить на трезвую голову. Долбящая музыка и идиотские лица вокруг никак не располагают к веселью без анестезии."

"Клуб Марка располагался в самом центре города, с выходом на оглушающую советско-имперским великолепием набережную. Это смешение эпох забавляло ее. Дешевый пафос заведения зашкаливал, ей даже показалось, что она вряд ли бы самостоятельно прошла фейс-контроль. В кроссовках, как сейчас, уж точно.