Ее увезли из того проклятого дома первой, Максима же повели к другой машине. После с ней разговаривал Нечетный, просил вспомнить всё в деталях и задавал тонну вопросов. Но она ничего толком не помнила, только выстрел, свою панику и кровь на ладонях.

— Он жив? — спросила она у него дрогнувшим голосом.

— Я не знаю, Анна.

Нечетный оставил с ней врача и трое парней охраны. Иногда она засыпала, а, когда открывала глаза, долго пыталась понять какой сейчас день и что происходит. На столике стоял стакан с водой, а в ноги бросили запасное теплое одеяло. Бесконечная мучительная ночь. Нечетный вновь показался утром, уточнил пару моментов, а потом собрался уезжать.

Она набилась в попутчики и так оказалась в клубе. И вот она здесь...

Марк появился через час, он прошел к большому столу и даже не заметил ее присутствие. Повернулся спиной и облокотился руками на твердую поверхность. Он опять не спал. Было мучительно следить за его движениями, заторможенными и скованными, и она жалела, что не видит его лица. Наконец, она заставила себя подняться и подойти к нему. Марк так и не развернулся, хотя шанс приблизиться к нему бесшумно отсутствовал.

— Нечетный сказал, лично тебе в руки.

Она положила бумаги и флешки на стол перед ним.

— Зачем ты поехала в клуб?

— Не могла оставаться там...

Анна запнулась, чувствуя, как пробирает холод, который исходил от него.

— Я пробыла в клубе всего ничего.

— И привезла документы.

— Ты не доверяешь мне?

Марк качнул головой. Анна подумала, какой странный и совершенно не тот разговор. Их первый разговор после.

— Дело не в этом, — добавил Марк, — но мы не будем играть в Бонни и Клайд.

— А разве по-другому получится?

Черт, вот зачем... Но внутри сидел страх потерять ту пронзительно откровенную интонацию, на которую они набрели.

Она не хотела прятаться, скрывать мысли и молчать, даже когда следовало.

— Ты понимаешь, что несешь? — скривился он.

Или именно так? Пусть выплеснет, а не замыкается в тесном коробе. Он так устроен: выдыхает злостью. И прямо в лицо.

— Я говорю, что есть, Марк.

— Глупости.

— Я нужна тебе, и не только в постели.

Ее упрямство задело его, он шумно выдохнул и позволил вырваться эмоции.

— Эта нужда слишком дорого мне...

Он запнулся.

— Продолжай же.

Но Марк все же справился с порывом, хотя раздражение никуда не подевалось.

— Нет, я глупости говорить не буду.

— Будешь молчать? Закрываться?

— Мы сделаем по-твоему, малыш.

Марк дернул ящик стола и сгреб туда вещи Севера.

— Поехали, — бросил он и указал рукой на выход.

Анна послушно шагнула в нужном направлении и забралась в машину, когда он открыл заднюю дверь. Марк сел рядом и дал отмашку водителю. А потом навалилось молчание. Анна повторяла про себя, что они оба оглушены и придавлены, и любая искра могла зажечь неконтролируемое пламя.