Дата, когда графы Шампани стали королями Наварры». Я подумать не мог, что кто-то так хорошо знает историю. Света, ты меня удивила!

– Вилка, наверное, тоже тебя поразила, – хмыкнул Степан, – взяла и сообщила код!

Дмитрий опешил.

– Я как-то не подумал о ней. Эрудиция Таракановой восхищает.

Муж посмотрел на меня, а я расплылась в улыбке.

– Дима, я отвечу на любой твой вопрос, связанный с датами. Спроси что хочешь!

– Не стоит хвастаться, – усмехнулся Янкин, – мне не очень хочется унижать тебя при всех, но ты сама напросилась. Годы жизни переяславского князя Ростислава Всеволодовича?

Степан встал за спиной Дмитрия и поднял свой телефон. Я улыбнулась, хорошо, что у мужа гигантская трубка размером почти с мини-айпад.

– Ну? – рассмеялся Янкин. – Ты хоть слышала о таком правителе?

– Родился он в одна тысяча семидесятом, – сказала я, – умер двадцать шестого мая в одна тысяча девяносто третьем году в возрасте двадцати трех лет.

Дима выпучил глаза.

– Вилка! Молодец! Вот зря я тебя глупой считал.

– Хорошая память не есть признак ума, – ухмыльнулась я, – извини, но это Гугл!

– Кто? – не понял Янкин.

Степан показал ему свой мобильный.

– Любую дату можно найти в поисковой системе. Ты задал вопрос, а я мигом получил ответ и подсказал жене.

Лицо Янкина вытянулось.

– Ты хочешь сказать… что Света просто полезла в интернет?

– Конечно, – рассмеялась я, – есть еще один вариант: дочь Калининых считает тебя дураком и решила проверить самый распространенный пароль, которым пользуются те, кто не хочет возиться с комбинацией цифр и латинских букв. Один, два, три, четыре. Открыть хранилище ядов Янкина мог ребенок, которому мать, чтобы иметь полчаса свободного времени, купила планшетник.

– Я не подумал про Гугл, – растерянно пробормотал Дима, – мне и в голову это не пришло… И… один, два, три, четыре… Все! Я ушел! Хватит с меня.

Янкин убежал."

"– Мы тоже тебя покинем, – глядя Свете в глаза, сказала я, – но еще встретимся. В зале суда!

Мы вышли из палаты и двинулись по коридору. Я увидела дверь с надписью «WC женский» и остановилась.

– Зайду в туалет.

– Конечно, – кивнул Степан.

Посетив кабинку, я стала мыть руки, и тут в санузел вбежал Степан, приложил палец к губам и застыл у двери. Я тоже замерла. Из коридора послышался звук шагов, скорей всего, по отделению шел мужчина. Когда топот удалился, Степа выглянул наружу, потом схватил меня за руку, и мы снова переместились в холл перед палатой Светланы. Из нее опять доносились голоса, только на сей раз Света беседовала со своим мужем.

– Они все знают, они все знают! – твердила она.

– Кому и что известно? – осведомился Григорий.

– Степан, Дмитрий и Вилка поняли, что я всех отравила, – всхлипнула дочь Калининых.