Парни заржали.

– В чем дело? – подошел к нам Пашка.

– Долгих, уйми свою подружку! – жалобно попросил Герман.

– Я думал, это твоя подружка, Гер! – со смехом проговорил один из парней.

– Нет, мы не встречаемся! И никогда не встречались, – нехотя произнес Буравин, поглядывая на меня.

Я снова воинственно схватилась за доску.

– Я все приукрасил! – добавил Буравин.

Я подтверждающе закивала, а затем перехватила удивленный взгляд Пашки. В глазах его читалось: «Это правда?» Вместо ответа я широко улыбнулась. Долгих улыбнулся в ответ. И так хорошо стало на душе…

Парни ушли в раздевалку, а я уселась на широкую длинную скамью, которая стояла рядом с домиком.

Прислонилась спиной к нагретой за день деревянной стене. Ветер продолжал безжалостно трепать волосы. Приходилось то и дело поправлять их. Над головой с криками парили неспокойные чайки.

Когда все разошлись, Пашка, переодевшись в толстовку и шорты, вынес свою доску и присел рядом со мной.

– Что нового? – спросил он. – Помимо того, что ты, как оказалось, никогда не встречалась с Буравиным.

При этом Паша нарочито внимательно оглядывал серф, стараясь не смотреть на меня.

– Это Герман сам придумал, без моего ведома, – в свое оправдание заявила я.

– А когда вы целовались в клубе?

Было чертовски приятно, что Пашка может ревновать, но я все-таки призналась:

– Да не целовались мы, мне тогда просто в глаз что-то попало.

– Ага, как в кино, – буркнул Пашка.

– А что, собственно, такого? Я свободная девушка! – возмутилась тут же я.

– Конечно-конечно, – продолжал пыхтеть Долгих, теперь с силой отдирая старый воск с доски при помощи пластиковой карточки.

Я, разглядывая теплый оранжевый закат, негромко рассмеялась.

Паша оторвался от своего занятия и с удивлением посмотрел на меня. Вокруг было так тихо… Только вопли чаек и шум прибоя, гремящего волнами.

– Долгих, почему мы с тобой такие дураки? – спросила я.

– Не знаю, – честно ответил Пашка, возвращаясь к серфу.

Я немного помолчала.

– Матвей оказался Мишей, – не выдержав, все-таки сообщила я. Просто не могла уже хранить в себе все эти загадки.

– С которым, как ты выразилась, Ульяна наставляет мне рога? – решил уточнить Паша.

– Ага. Вы часто с ней видитесь? – осмелилась спросить я.

– Со дня приезда виделись пару раз, – честно ответил Паша. – В кино сходили, да она на пляже была недавно. Ну ты видела…

– Видела, – кивнула я, порадовавшись, что Шацкая отклеилась от моего друга. – Что-то редко…

Надо же! А я все эти дни дома с ума сходила от злости и ревности. Паша пожал плечами и недовольным голосом ответил:

– Да голова другим занята. Так что там с Матвеем?

– С Мишей, – поправила я.

– А со Степанычем?

– Что ты пристал со своим Степанычем! – снова рассердилась я.

Пашка негромко рассмеялся.